Миссионерская поза 2

Аспекты
Время чтения:
60 мин.
ВЫ ВОШЛИ КАК ГОСТЬ! АВТОРИЗИРУЙТЕСЬ ИЛИ ЗАРЕГИСТРИРУЙТЕСЬ, ЧТОБЫ ПОДКЛЮЧИТЬ ШАБЛОН
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что громы и молнии на головы «мужчин- угнетателей» гарантия счастья.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что громы и молнии на головы «мужчин- угнетателей» гарантия счастья.
• Мы метали громы и молнии на головы «мужчин-угнетателей».
• Другая метала громы и молнии на головы «мужчин-угнетателей».
• Мы читали, слышали, говорили о женском движении
• Другая читала, слышала, говорила о женском движении
• Мы читали, слышали, говорили об угнетении женщин, ущемлении их прав.
• Другая читала, слышала, говорила об угнетении женщин, ущемлении их прав.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что самостоятельное ведение дел, наличие престижной профессии, социальная успешность — гарантия счастья.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что самостоятельное ведение дел, наличие престижной профессии, социальная успешность — гарантия счастья.
• МЫ отрицали традиционную модель семьи и брака, растворения в детях и внуках.
• Другая отрицала традиционную модель семьи и брака, растворения в детях и внуках.
• Мы читали, слышали, говорили о феминизме, использовали термин "феминизм”
• Другой, Другая читали, слышали, говорили о феминизме, использовали термин "феминизм”
• Мы читали, слышали, говорили о шовинизме, использовали термин "шовинизм”
• Другой, Другая читали, слышали, говорили о шовинизме, использовали термин "шовинизм”
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что если Мы сами зарабатываем на жизнь, сами принимаем важные жизненные решения и делаем свою работу не хуже, чем делал бы ее мужчина, то Мы — феминистка.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что если женщина сама зарабатывает на жизнь, сама принимает важные жизненные решения и делает свою работу не хуже, чем делал бы ее мужчина, то она — феминистка.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что если Мы сами зарабатываем на жизнь, сами принимаем важные жизненные решения и строим карьеру, то Мы — глубоко несчастны (и отрицание этого – жалкие оправдания).
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что если женщина сама зарабатывает на жизнь, сама принимает важные жизненные решения и строит карьеру, то она — глубоко несчастна (и отрицание этого – жалкие оправдания).
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что если женщина сама зарабатывает на жизнь, сама принимает важные жизненные решения, это только потому, что вынуждена, т.е. рядом с ней нет хорошего мужчины.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что если женщина сама зарабатывает на жизнь, сама принимает важные жизненные решения, это только потому, что вынуждена, т.е. рядом с ней нет хорошего мужчины.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что мужчина всегда морально дурен (козел, урод, сволочь, блядь и т.д)
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что мужчина всегда морально дурен (козел, урод, сволочь, блядь и т.д)
• Нам внушили, Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что красота — это ценно, что красиво то-то и то-то, что красота внешности важна и ценна.
• Другой внушили, Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что красота — это ценно, что красиво то-то и то-то, что красота внешности важна и ценна.
• Мы рекламировали, Нам рекламировали, косметику и всякие притирки и через рекламу вкомпостировали это все в мозги.
• Другая рекламировали, Другой рекламировали, косметику и всякие притирки и через рекламу вкомпостировали это все в мозги.
• Мы поверили рекламе о чудодейственной силе косметики.
• Другая поверила рекламе о чудодейственной силе косметики.
• МЫ считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, поверили, что все беды Нашего несовершенного мира от мужчин-угнетателей, феминисток.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что все беды несовершенного мира от мужчин-угнетателей, феминисток.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что главный male chauvinist pig (мужская шовинистическая свинья) - главный мужчина-угнетатель сидит внутри Нас.
• Обесценивание и принижение женщины, сравнение "всегда не в ее пользу” так глубоко усвоено Нами - из воздуха, из культуры, от папы с мамой, — что при встрече с настоящим, живым мужским шовинизмом у Нас всегда в тылу "пятая колонна”.
• Делая удивительные вещи дома и на работе, Мы отмахивались—ой, да это я так…
• Оценки, которыми Мы пользовались по отношению к самим себе, были предвзяты.
• В Нас таилась, сидела готовность не считать саму себя чем-то важным и достойным внимания и размышлений — это право словно бы должен предоставить какой-то "Он”.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что главный male chauvinist pig (мужская шовинистическая свинья) - главный мужчина-угнетатель сидит внутри нее.
• Обесценивание и принижение женщины, сравнение "всегда не в ее пользу” так глубоко усвоено Другой, что при встрече с настоящим, живым мужским шовинизмом у нее всегда в тылу "пятая колонна”.
• Делая удивительные вещи дома и на работе, Другая отмахивались—ой, да это я так…
• Оценки, которыми Другая пользовались по отношению к самой себе, были предвзяты.
• В Другой таилась, сидела готовность не считать саму себя чем-то важным и достойным внимания и размышлений — это право словно бы должен предоставить какой-то "Он”.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что феминистки – это те, кто орут, что нельзя пользоваться косметикой "в угоду угнетателям», нельзя, чтобы мужчина открывал даме дверь, чемодан подносил – это унизительно.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что феминистки – это те, кто орут, что нельзя пользоваться косметикой "в угоду угнетателям», нельзя, чтобы мужчина открывал даме дверь, чемодан подносил – это унизительно.
• В присутствии мужчин Мы всегда думали как сесть, что сказать, как Мы выглядим; как Мы будем выглядеть, если…
• В присутствии мужчин Другая всегда думала как сесть, что сказать, как она выглядит; как будет выглядеть, если…
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что в мужской среде сесть следует красиво, напоказ, "сказать” непременно умное и отредактированное, и вовсе не из личного интереса к присутствующим мужчинам — просто так правильно.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что в мужской среде сесть следует красиво, напоказ, "сказать” непременно умное и отредактированное, и вовсе не из личного интереса к присутствующим мужчинам — просто так правильно.
• Мы приписывали, передавали мужской фигуре оценочные, "экспертные” функции.
• Другая приписывала, передавала мужской фигуре оценочные, "экспертные” функции.
• В Нашем сознании существовала картина мира, в которой любой — любой! — мужчина становится значимым источником оценки и критики, тем, "кто выставляет баллы” за привлекательность, ум, оригинальность.
• В сознании Другой существовала картина мира, в которой любой мужчина становится значимым источником оценки и критики, тем, "кто выставляет баллы” за привлекательность, ум, оригинальность.
• Идея (переживание) силы и самостоятельности для Нас выглядела непривлекательной.
• Идея (переживание) силы и самостоятельности для Другой выглядела непривлекательной.
• Идея силы и самостоятельности связана у Нас (осознавали Мы это или нет) не с успехом, а с бедой, не со свободой, а с покинутостью, не с возможностями, а с необходимостью выживать, с прямым или символическим убийством мужчин.
• Идея силы и самостоятельности связана у Другой (осознавала она это или нет) с бедой, с покинутостью, с необходимостью выживать, с прямым или символическим убийством мужчин.
• В Нашем сознании сила и самодостаточность воспринимались как радостные, творческие, не связанные с катастрофами, с прямым или символическим убийством мужчин.
• В сознании Другой сила и самодостаточность воспринимались как радостные, творческие, не связанные с катастрофами, с прямым или символическим убийством мужчин.
• Мы приписывали мужчине статус, на который он даже и не претендовал.
• Другая приписывала мужчине статус, на который он даже и не претендовал.
• В Нашем сознании "мужская фигура власти” существует как мифологическая, составляет важную часть Нашей оценки ситуации — "как сядешь, что скажешь”, — при этом Мы не слышим, не доверяем мужчинам.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, наблюдали, согласились, не согласились, что все женское — "по умолчанию” понимается как второсортное, неважное, не стоящее серьезного внимания.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что все женское — "по умолчанию” понимается как второсортное, неважное, не стоящее серьезного внимания.
• Мы сами воспринимали (осознанно, неосознанно) все женское как второсортное, неважное, не стоящее серьезного внимания.
• Другая сама воспринимала (осознанно, неосознанно) все женское как второсортное, неважное, не стоящее серьезного внимания.
• Мы не замечали, отрицали, что относимся ко всему женскому, воспринимаем все женское, как второсортное, неважное, не стоящее серьезного внимания.
• Другая не замечала, отрицала, что относится ко всему женскому, воспринимает все женское, как второсортное, неважное, не стоящее серьезного внимания.
• Мы упрекали Другого в недостатке мужского начала.
• Другая упрекала кого-то в недостатке мужского начала.
• Нас упрекали в недостатке женского начала.
• Другую упрекали, Мы упрекали Другую в недостатке женского начала.
• Все, что "про семью”, "для души” и в той или иной степени имеет отношение к психологии, квалифицировалось Нами как женское, то есть вторичное, необязательное и в лучшем случае пригодное "для домашнего употребления”.
• Все, что "про семью”, "для души” и в той или иной степени имеет отношение к психологии, квалифицировалось кем-то как женское, то есть вторичное, необязательное и в лучшем случае пригодное "для домашнего употребления”.
• При любых своих обстоятельствах МЫ склонны сами делать свою жизнь.
• При любых своих обстоятельствах Другая склонна сама делать свою жизнь
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, осознали, приняли, отрицали, что "Я у себя одна.”
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, осознала, приняла, отрицала, что она у себя одна.
• Мы никогда не выходили, не решались выйти, стеснялись выйти "на люди” абы как.
• Другая никогда не выходила, не решалась выйти, стеснялась выйти "на люди” абы как.
• Не завершенные у Нас на эмоциональном уровне отношения продолжали болеть и "нарывали”. Все эти отношения.
• Наши невыраженные чувства все равно искали выхода. Все эти чувства.
• Наши невыраженные чувства находили выход Нам во вред.
• В Нас "застревали” обиды и претензии к близким.
• Нас годами мучили не сказанные слова прощения и прощания.
• Не завершенные у Другой на эмоциональном уровне отношения продолжали болеть и "нарывали”.
• Невыраженные чувства Другой все равно искали выхода.
• Невыраженные чувства Другой находили выход ей во вред.
• В Другой "застревали” обиды и претензии к близким.
• Другую годами мучили не сказанные слова прощения и прощания.
• Наше прошлое продолжало Нас "дергать”
• Мы были не в состоянии отпустить свои старые чувства, убеждения или способы поведения. Все эти чувства, убеждения, способы поведения.
• Прошлое Другой продолжало ее "дергать”
• Другая была не в состоянии отпустить свои старые чувства, убеждения или способы поведения.
• У Нас не было в реальности возможности для завершения, "доработки” значимых для Нас отношений.
• У Другой не было в реальности возможности для завершения, "доработки” значимых для нее отношений.
• Мы пытались, пробовали подробно рассмотреть и прочувствовать — а затем и понять — смутные и противоречивые внутренние состояния.
• Мы поддавались искушению в эмоционально заряженном, "искрящем” состоянии немедленно поменять в своей жизни все или схватить телефонную трубку и начать не то мириться, не то ругаться, не то резать правду-матку.
• Другая поддавались искушению в эмоционально заряженном, "искрящем” состоянии немедленно поменять в своей жизни все или схватить телефонную трубку и начать не то мириться, не то ругаться, не то резать правду-матку.
• Мы испытывали яркое, отчетливое чувство "Боже, как хорошо быть женщиной!”
• Мы пожалели, что родились женщиной.
• Мы не хотели быть женщиной.
• Мы не чувствовали себя женщиной.
• Мы чувствовали себя гадким, нескладным утенком.
• В присутствии красивых, ярких женщин, Мы чувствовали себя некрасивой, непривлекательной, серой мышкой, нескладной и неуклюжей.
• Нас задевали стереотипы, "перлы народной мудрости” в отношении женщин Все эти утверждения.
• Мы чувствовали себя "на месте”, в согласии с самой собой в своих каких-то жизненных ролях. Все эти роли.
• Какие-то Наши жизненные роли даются Нам с трудом, просто не нравятся. Все эти роли.
• Кто-либо вызывал у Нас чувство восхищения — "Какая женщина!”. Каждая причина этого.
• Мы слышали, Нам говорили, Мы говорили: "Ты же девочка!”
• Другая слышала, говорила, Другой говорили: "Ты же девочка!”
• Нас хвали, ругали, стыдили, винили, наказывали за какие-то Наши «неженские», «недевичьи» манеры, слова, действия, за «неподобающее женщине поведение». Все эти слова, действия.
• Мы слышали, читали, Мы говорили, Нам говорили, внушали, что женщина, девочка, девушка, будущая мать (жена) должна делать.
• Мы слышали, читали, Мы говорили, Нам говорили, внушали, что Мы как женщина, девочка, девушка, будущая мать (жена) должны делать.
• Другая слышала, говорила, Другой говорили, что женщина, девочка, девушка, будущая мать (жена) должна делать.
• Другая слышала, говорила, Другой говорили, что она как женщина, девочка, девушка, будущая мать (жена) должна делать.
• Мы слышали, читали, Мы говорили, Нам говорили, внушали, что женщина, девочка, девушка, будущая мать (жена) не должна делать, не имеет права делать, не может делать, что ей запрещено делать
• Мы слышали, читали, Мы говорили, Нам говорили, внушали, что Мы как женщина, девочка, девушка, будущая мать (жена) не должны делать, не имеем права делать, не можем делать, что Нам запрещено делать
• Другая слышала, говорила, Другой говорили, внушали, что женщина, девочка, девушка, будущая мать (жена) не должна делать, не имеет права делать, не может делать, что ей запрещено делать
• Другая слышала, говорила, Другой говорили, внушали, что она как женщина, девочка, девушка, будущая мать (жена) не должна делать, не имеет права делать, не может делать, что ей запрещено делать
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что в женских журналах "сильнее, чем где-либо еще, Женщина утверждается как особый зоологический вид, своего рода колония паразитов, которые хоть и способны двигаться сами по себе, но не могут далеко уйти и всякий раз возвращаются к привычной опоре.»
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что в женских журналах "сильнее, чем где-либо еще, Женщина утверждается как особый зоологический вид, своего рода колония паразитов, которые хоть и способны двигаться сами по себе, но не могут далеко уйти и всякий раз возвращаются к привычной опоре.»
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что МЫ можем любить, трудиться, писать, заниматься бизнесом или литературой, но только не забывать, что на свете есть мужчина и что МЫ ему не ровня;
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что Наш мир свободен лишь постольку, поскольку зависит от мира мужчины; Наша свобода — вид роскоши, она возможна только при том условии, что прежде всего Мы признаем обязанности своей природы.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что Женщина может любить, трудиться, писать, заниматься бизнесом или литературой, но только не забывать, что на свете есть мужчина и что она ему не ровня;
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что мир женщины свободен лишь постольку, поскольку зависит от мира мужчины; ее свобода — вид роскоши, она возможна только при том условии, что прежде всего она признает обязанности своей природы.
• Другой считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что Женщина может любить, трудиться, писать, заниматься бизнесом или литературой, но только не забывать, что на свете есть мужчина и что она ему не ровня;
• Другой считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что мир женщины свободен лишь постольку, поскольку зависит от мира мужчины; ее свобода — вид роскоши, она возможна только при том условии, что прежде всего она признает обязанности своей природы.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что она может любить, трудиться, писать, заниматься бизнесом или литературой, но только не забывать, что на свете есть мужчина и что она ему не ровня;
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что ее мир свободен лишь постольку, поскольку зависит от мира мужчины; ее свобода — вид роскоши, она возможна только при том условии, что прежде всего она признает обязанности своей природы.
• Мы слышали, читали, говорили, думали о том,
o - может ли женщина сама проявить инициативу и познакомиться с понравившимся мужчиной или нужно ждать, когда он "обратит внимание”.
o -на какие темы можно (нельзя) говорить при первой встрече (например, может ли женщина говорить, что у нее — "серьезные намерения” или выспрашивать про его личную жизнь и т.д.).
o - Стоит ли рассматривать приглашение в ресторан как приглашение в постель?
o - По каким признакам определить, что мужчина — типичное
"не то”?
o -Можно ли знакомиться с женатыми мужчинами?
o - Стоит ли ради "него” резко менять образ жизни (например, часами сидеть дома и ждать звонка)?
o -Что делать, если он говорит, что любит, но жениться не хочет?
o - Можно ли говорить про свой возраст?
o -Можно ли выспрашивать про его личную жизнь?
o -Можно ли при мужчине говорить, что сидишь на диете, отказываться от еды, говорить: "Я такая толстая…”?
o -Можно ли говорить о себе, о своих интересах или лучше спрашивать его?
• Другая слышала, читала, говорила о том,
o - может ли женщина сама проявить инициативу и познакомиться с понравившимся мужчиной или нужно ждать, когда он "обратит внимание”.
o -на какие темы можно (нельзя) говорить при первой встрече .
o - Стоит ли рассматривать приглашение в ресторан как приглашение в постель?
o - По каким признакам определить, что мужчина — типичное
"не то”?
o -Можно ли знакомиться с женатыми мужчинами?
o - Стоит ли ради "него” резко менять образ жизни?
o -Что делать, если он говорит, что любит, но жениться не хочет?
o - Можно ли говорить про свой возраст?
o -Можно ли выспрашивать про его личную жизнь?
o -Можно ли при мужчине говорить, что сидишь на диете, отказываться от еды, говорить: "Я такая толстая…”?
o -Можно ли говорить о себе, о своих интересах или лучше спрашивать его?
• Большинство Наших "роковых вопросов” (осознавали Мы это или нет) были связаны с разрешением и, в частности, с разрешением говорить.
• Большинство "роковых вопросов” Другой (осознавала она это или нет) были связаны с разрешением и, в частности, с разрешением говорить.
• Наши отношения с мужчиной были лишены радости — ни интереса, ни удовольствия, один сплошной страх ошибки.
• Отношения Другой с мужчиной были лишены радости — ни интереса, ни удовольствия, один сплошной страх ошибки.
• При общении с мужчиной (осознавали Мы это или нет) МЫ словно сдавали какой-то бесконечный экзамен.
• При общении с мужчиной (осознавала она это или нет) Другая словно сдавала какой-то бесконечный экзамен.
• Общаясь с мужчиной, в реальности, на самом деле Мы вели себя так будто у Нас нет ни биографии, ни чувств, ни возраста, ни самооценки.
• Общаясь с мужчиной, в реальности, на самом деле Другая вела себя так будто у нее нет ни биографии, ни чувств, ни возраста, ни самооценки.
• Мы испытывали потребность в том, чтобы с Нами поговорили.
• Другая испытывала потребность в том, чтобы с ней поговорили.
• Мы испытывали потребность в обновлении, в том, чтобы "начать новую жизнь с понедельника”, изменить что-нибудь в своей внешности, гардеробе, привычках
• Другая испытывала потребность в обновлении, в том, чтобы "начать новую жизнь с понедельника”, изменить что-нибудь в своей внешности, гардеробе, привычках.
• Наша жизнь была так ужасающе монотонна, что потребность "сменить кожу” становилась просто отчаянной.
• Жизнь Другой была так ужасающе монотонна, что потребность "сменить кожу” становилась просто отчаянной.
• Мы подавались рекламе, соглашались: «это можно, это близко, ничего не надо решать и всерьез менять, только купи — и вот тебе новая ты!»
• Другая подавалась рекламе, соглашалась: «это можно, это близко, ничего не надо решать и всерьез менять, только купи — и вот тебе новая ты!»
• Мы испытывали потребность в руководстве, в получении санкций.
• Другая испытывали потребность в руководстве, в получении санкций.
• Остаться вовсе без руководства и положиться на себя Нам было трудно и страшно.
• Остаться вовсе без руководства и положиться на себя Другой было трудно и страшно.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что на самом деле миром правят богатые мужчины, а слушаться надо сильного; научись нравиться, ублажать, угадывать желания и воплощать мечты — получишь влияние, даже власть, по-другому ты их не получишь никогда.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что на самом деле миром правят богатые мужчины, а слушаться надо сильного; научись нравиться, ублажать, угадывать желания и воплощать мечты — получишь влияние, даже власть, по-другому ты их не получишь никогда.
• Мы испытывали потребность ощутить хотя бы иллюзорное благополучие, забываясь, заглядеться на блестящее, яркое, из какой-то невзаправдашней и прекрасной жизни залетевшее.
• Другая испытывала потребность ощутить хотя бы иллюзорное благополучие, забываясь, заглядеться на блестящее, яркое, из какой-то невзаправдашней и прекрасной жизни залетевшее.
• Наши иллюзии контролировали Нас.
• Иллюзии Другой контролировали ее.
• Мы испытывали просто потребность в красивом.
• Другая испытывала просто потребность в красивом.
• МЫ хотели жить красиво, прекрасно понимая, что так красиво не бывает.
• Другая хотела жить красиво, прекрасно понимая, что так красиво не бывает.
• Мы испытывали потребность "быть не хуже” или хотя бы "знать, как быть не хуже”, убедиться, что "не у меня одной”.
• Другая испытывала потребность "быть не хуже” или хотя бы "знать, как быть не хуже”, убедиться, что "не у меня одной”.
• МЫ хотели, стремились идентифицироваться с образом женщины-победительницы — сексуальной, элегантной, богатой и всегда, всегда получающей то, что хочет
• Другая хотела, стремилась идентифицироваться с образом женщины-победительницы — сексуальной, элегантной, богатой и всегда, всегда получающей то, что хочет.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что быть женщиной, означает быть:, что женщина:
o - зависима — от мужчины, мнений окружающих, моды, чего и кого угодно;
o - не уверена в себе настолько, что все время нуждается в поглаживаниях и похлопываниях, сосках и погремушках;
o - озабочена не своим развитием, а судорожным "ремонтом фасада”;
o - не способна к элементарному анализу фактов, причем даже фактов собственной жизни;
o - ревнива, завистлива, ненадежна в отношениях, склонна к манипуляциям;
o -в других — мужчинах прежде всего — видит не людей, а некое средство для достижения своих целей;
o - уж если любит, то достанет и удавит этой любовью так, что мало не покажется;
o - во всем, что делает, эта особа постоянно изобретательно неискренна, причем завралась так давно и последовательно, что концов уже не сыщешь;
o - и вновь — зависима, зависима, зависима…
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что женщина:
o - зависима — от мужчины, мнений окружающих, моды, чего и кого угодно;
o - не уверена в себе настолько, что все время нуждается в поглаживаниях и похлопываниях, сосках и погремушках;
o - озабочена не своим развитием, а судорожным "ремонтом фасада”;
o - не способна к элементарному анализу фактов, причем даже фактов собственной жизни;
o - ревнива, завистлива, ненадежна в отношениях, склонна к манипуляциям;
o -в других — мужчинах прежде всего — видит не людей, а некое средство для достижения своих целей;
o - уж если любит, то достанет и удавит этой любовью так, что мало не покажется;
o - во всем, что делает, эта особа постоянно изобретательно неискренна, причем завралась так давно и последовательно, что концов уже не сыщешь;
o - и вновь — зависима, зависима, зависима…
• Мы видели самих себя и мир в искаженном, недобром свете.
• Другая видела саму себя и мир в искаженном, недобром свете.
• Нас контролировали, на Нас влияли, Нами руководили Наши собственные страхи, иллюзии и желания, связанные с глубоким и тайным недоверием к собственному складу ума, души и тела. Все эти страхи, иллюзии и желания.
• Другую контролировали, на нее влияли, ею руководили ее собственные страхи, иллюзии и желания, связанные с глубоким и тайным недоверием к собственному складу ума, души и тела.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что женщины могут огорчаться по пустякам и радоваться пустякам же.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что женщины могут огорчаться по пустякам и радоваться пустякам же.
• Мы испытывали настоящий гнев, непритворное отчаяние, обижались, злились, ревели по пустякам, глупому, пустому поводу.
• Мы переживали по поводу того, кто и что о Нас сказал.
• Другая переживала по поводу того, кто и что о ней сказал.
• Кто-то оценивал Наше беспокойство как слишком мелкое, нестоящее, советовал "быть выше” чего бы то ни было и не обращать внимания на "мелочи жизни”.
• Мы оценивали чье-то беспокойство как слишком мелкое, нестоящее, советовали "быть выше” чего бы то ни было и не обращать внимания на "мелочи жизни”.
• Мы не хотели видеть, знать, отказывались замечать, что на самом деле скрывается за Нашими переживаниями, обидами, Нашим гневом, вроде как по пустякам.
• Думать о том, что на самом деле скрывается за Нашими переживаниями было настолько тяжело, что безопаснее для Нас было просто сердиться и обижаться.
• Мы были не научены, не умели, пытались, не знали, как выражать как раз важные чувства.
• Мы были научены (мамами, бабушками) — переадресовывать эти чувства какой-нибудь понятной, бытовой, пустяковой теме, событию, предмету.
• Переадресовав свои чувства пустяку, МЫ вспыхивали, цеплялись к мелочи и выдавали непонятную "свечку”, и стыдились ее: «Ну надо же, из-за каких пустяков я переживаю”.
• Поддаваясь на уговоры: "Ну что ж ты из-за такого пустяка расстраиваешься?”, Мы позволяли сказать себе: "Да, это пустяк, стыдно и мелочно из-за этого расстраиваться” — и не слышали того сигнала, который подает Нам Наша собственная сильная реакция, обесценивали ее.
• В Нашей готовности объявить поводы своих огорчений пустяками была готовность неуважительно, пренебрежительно отнестись к собственным же по этому поводу чувствам.
• Мы запирали свои чувства, соглашаясь, что они не заслуживают внимания, повторного обдумывания, анализа, обсуждения.
• Наши чувства находили повод высказаться в поверхностной, бытовой жизни или в болезни, в ухудшении физического самочувствия, в усталости и равнодушии.
• Другая не хотела видеть, знать, отказывалась замечать, что на самом деле скрывается за ее переживаниями, обидами, ее гневом.
• Думать о том, что на самом деле скрывается за ее переживаниями было для Другой настолько тяжело, что она предпочла просто сердиться и обижаться.
• Другая была не научена, не умела, пыталась, не знала, как выражать важные чувства.
• Другая была научена переадресовывать эти чувства какой-нибудь понятной, бытовой, пустяковой теме, событию, предмету.
• Переадресовав свои чувства пустяку, Другая вспыхивала, цеплялась к мелочи и выдавала непонятную "свечку”, и стыдилась ее: «Ну надо же, из-за каких пустяков я переживаю”.
• Поддаваясь на уговоры: "Ну что ж ты из-за такого пустяка расстраиваешься?”, Другая позволяла сказать себе: "Да, это пустяк, стыдно и мелочно из-за этого расстраиваться” — и не слышала того сигнала, который подает ей ее собственная сильная реакция, обесценивала ее.
• В готовности Другой объявить поводы своих огорчений пустяками была готовность неуважительно, пренебрежительно отнестись к собственным же по этому поводу чувствам.
• Другая запирала свои чувства, соглашаясь, что они не заслуживают внимания, повторного обдумывания, анализа, обсуждения.
• Чувства Другой находили повод высказаться в поверхностной, бытовой жизни или в болезни, в ухудшении физического самочувствия, в усталости и равнодушии.
• Способность порадоваться, восхититься, замереть, захотеть исцеляли Наши травмы, обиды, удары, потери.
• Способность порадоваться, восхититься, замереть, захотеть исцеляли травмы, обиды, удары, потери Другой.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что скандал, открытое проявление гнева — это уже криминал.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что скандал, открытое проявление гнева женщиной — это уже криминал.
• Называя открытое проявление гнева истерикой, Мы, Кто-то сообщали, что и здесь нет ничего важного и серьезного: ну, завелась, ну, покричала, завтра сама же будет чувствовать себя виноватой.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что дикие проявления женской агрессии, домашний бунт, "бессмысленный и беспощадный” — это так некрасиво, так стыдно…
• Кто-то считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что дикие проявления женской агрессии, домашний бунт, "бессмысленный и беспощадный” — это так некрасиво, так стыдно.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что приличные дамы подавляют негативные чувства и никогда не устраивают истерик.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что приличные дамы подавляют негативные чувства и никогда не устраивают истерик.
• Мы старались, стремились, хотели быть сильной, непробиваемой, несгибаемой, стойкой (but super girl don’t cry, super girl just fly.. – но супер девушка не плачет, она просто летает – из песни).
• Другая старалась, стремилась, хотела быть сильной, непробиваемой, несгибаемой, стойкой.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, Нас учили, какие Мы некрасивые, когда злимся.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, ее учили, какая она некрасивая, когда злится.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что девушка должна быть доброй и веселой — не с другими женщинами, это как раз ни к чему, а для потенциальных женихов и их родителей.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что девушка должна быть доброй и веселой для потенциальных женихов и их родителей.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что право на прямое выражение гнева — это право сильного и даже традиционная мужская обязанность.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что слабые и зависимые должны быть "милыми” — тогда, может быть, их наградят… когда-нибудь, если будет настроение;
• Мы, Кто-то отказывали слабым и зависимым, женщинам в праве на открытое выражение гнева, оставляя им зависть, обман, обиды, интриги, лесть, притворные обмороки, эмоциональный шантаж, месть и прочие недостойные орудия женских "боев без правил”.
• Другой, Другая считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что право на прямое выражение гнева — это право сильного и даже традиционная мужская обязанность.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что слабые и зависимые должны быть "милыми” — тогда, может быть, их наградят… когда-нибудь, если будет настроение;
• Мы предавались мстительным фантазиям: А вот уйду, тогда-то все запрыгают, тогда-то и пожалеют, что плохо со мной обращались. А вот случится и с тобой то же самое, узнаешь! И др. Все эти фантазии.
• Другая предавалась мстительным фантазиям.
• Наши мстительные фантазии вызывали смешанное чувство: с одной стороны, в этом качестве довольно трудно себе нравиться — "нехорошо”, с другой — кайф-то какой!
• Мы не хотели видеть, рассматривать, знать, замечать свою агрессивность, мстительность, гнев.
• Другая не хотела видеть, рассматривать, знать, замечать свою агрессивность, мстительность, гнев.
• "Сладость мести” действовала на Нас как обезболивающее, временно снимая нестерпимое чувство бессилия и подменяя его иллюзорным и кратким, но противоположным чувством безграничной власти, всесилия.
• У Нас было желание попрекнуть, Мы попрекали семью или коллег своим бледным, изнуренным видом: смотрите, что вы со мной делаете, до чего вы меня довели!
• Другая попрекала семью или коллег своим бледным, изнуренным видом: смотрите, что вы со мной делаете, до чего вы меня довели!
• Мы поверили, что Другой будет о Нас заботиться.
• Другая поверила, что Другой будет о ней заботиться.
• Нам хотелось на кого-то положиться, расслабиться.
• Другой хотелось на кого-то положиться, расслабиться.
• Мы не умели, не позволяли себе на кого-то положиться, расслабиться, довериться. Каждая причина этого.
• Другая не умела, не позволяла себе на кого-то положиться, расслабиться, довериться.
• Нам было безумно трудно просить что-то у родителей\ Другого, воспитателей.
• Другой было безумно трудно просить что-то у родителей, Другого, воспитателей.
• Проявлять агрессию вовремя и тем более первой Нам было очень трудно.
• Проявлять агрессию вовремя и тем более первой Другой было очень трудно.
• Чтобы проявить агрессию Нам необходимо было немного побыть обманутой, получить "уважительную причину”: он сам первый начал!
• Чтобы проявить агрессию Другой необходимо было немного побыть обманутой, получить "уважительную причину”: он сам первый начал!
• МЫ долго не высказывали своих претензий, тем временем претензии, накапливались, а в результате "ком” становился уже запутанным, тяжелым, Наше невысказанное раздражение росло.
• Другая долго не высказывала своих претензий, тем временем претензии, накапливались, а в результате "ком” становился уже запутанным, тяжелым, ее невысказанное раздражение росло.
• У Нас был громадный запас агрессии по отношению к людям, от которых приходилось зависеть.
• У Другой был громадный запас агрессии по отношению к людям, от которых приходилось зависеть.
• В Нашей семье, кругу общения существовал гласный или негласный запрет на своевременное и конструктивное проявление агрессии, на ее здоровые разновидности — честную борьбу, горячий спор, юмор, азартную спортивную возню, прямое сообщение о своих негативных чувствах.
• В семье, кругу общения Другой существовал гласный или негласный запрет на своевременное и конструктивное проявление агрессии, на прямое сообщение о своих негативных чувствах.
• Мы не могли, учились "вовремя рычать” — обозначать свои границы.
• Другая не могла, училась "вовремя рычать” — обозначать свои границы.
• Нас подавляла властность и надменность, постоянная готовность к критике Другого.
• Другую подавляла чья-то властность и надменность, постоянная готовность к критике.
• Мы тушевались в присутствии мужчины.
• Другая тушевалась в присутствии мужчин.
• Мы не знали, о чем говорить с мужчиной, как вести себя с мужчиной.
• Другая не знала, о чем говорить с мужчиной, как вести себя с мужчиной.
• Мы стеснялись, боялись, не решались высказать мужчине свои желания, все, что на самом деле думаем, рассказать о своих чувствах, показать свои чувства. Каждая причина этого.
• Другая стеснялась, боялась, не решалась высказать мужчине свои желания, все, что на самом деле думает, рассказать о своих чувствах, показать свои чувства.
• Наше желание «расправиться» с Другим, наказать было не только буквальным желание причинить боль или уничтожить реального человека, а еще: истребление ложного, бесчувственного "истукана” , истреблением маски, образа, а не живого существа.
• Постоянно нарушаемые границы, чувства бессилия и страха способствовали образованию у Нас "пороховых погребов”.
• Постоянно нарушаемые границы, чувства бессилия и страха способствовали образованию у Другой "пороховых погребов”.
• Мы интуитивно искали возможности разрядить опасные "завалы” мирными и даже творческими способами: танцы, спорт, уборка, спортивные зрелища, рок-концерты, споры, вызов, трудная работа, хобби и др.
• Другая интуитивно искала возможности разрядить опасные "завалы” мирными и даже творческими способами.
• Делая Нам комплимент, Нас сравнивали с эталоном – мужчиной ("Такая умная — любого мужика за пояс заткнет!”)
• Делая Другой комплимент, Мы сравнивали ее с эталоном – мужчиной.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что наличие интеллекта делает женщину непривлекательной и ведет ко всяческим огорчениям: ее не любят, она остается одинокой и несчастной
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что наличие интеллекта делает женщину непривлекательной и ведет ко всяческим огорчениям: ее не любят, она остается одинокой и несчастной
• В детстве Нам предоставлялось мало свободы в самостоятельном исследовании окружающего мира.
• В детстве Нас обучали не рисковать, не пачкаться, не стукаться лбом о ножки стульев.
• Мы начали растворяться в личности мужчины (любовника, супруга)
• Другая начала растворяться в личности мужчины (любовника, супруга).
• С любимым (в любовных отношениях) Мы теряли какую-то существенную часть себя, становились пассивной и внутренне несамостоятельной.
• С любимым (в любовных отношениях) Другая теряла какую-то существенную часть себя, становилась пассивной и внутренне несамостоятельной.
• Мы учились отвечать за себя сама, рассчитывать свои силы и полагаться исключительно на них.
• Другая училась отвечать за себя сама, рассчитывать свои силы и полагаться исключительно на них.
• Мы не верили, отрицали, что можем во всем положиться на себя.
• Другая не верила, отрицала, что может во всем положиться на себя.
• Мы узнали, поверили, что теперь во всем можем полагаться на себя саму.
• Другая узнала, поверила, что во всем может полагаться на себя саму.
• Наши родители хотели сына.
• Нам говорили, Мы слышали, говорили: "учиться важно, ты должна получить хорошее образование, тогда у тебя будет хорошая работа”
• Кто-то говорили Нам, что нужно хорошо учиться, чтобы получить хорошую работу, а сами приходили со своей "хорошей работы” еле живые, между собой кляли ее и вообще изображали рабыню Изауру на плантациях.
• Другой говорили, Другая слышала, говорила: "учиться важно, ты должна получить хорошее образование, тогда у тебя будет хорошая работа”.
• Мы слышали, как "хорошо устроившимися” называют не тех, кто живет интересной и осмысленной жизнью и развивает свой потенциал, а тех, кому не надо рано вставать.
• Мы слышали, Нам говорили, что "умная баба” — та, которая преуспела в тайных семейных манипуляциях, в "мужеводстве”.
• "Инструкции”, получаемые Нами относительно интеллектуальных достижений, были противоречивы: с одной стороны, надо учиться хорошо, с другой - тебе это все равно не поможет, это не главное, это понарошку.
• "Инструкции”, получаемые Другой относительно интеллектуальных достижений, были противоречивы.
• Наши интересы и амбиции поддерживались в Нас пока Мы были ребенком и подростком, а с превращением в молодую женщину Наши достижения перестали интересовать отца, родных, вызывали иронические комментарии.
• Интересы и амбиции Другой поддерживались в ней родителями только пока она была ребенком и подростком.
• Воспитание в традиционной женской роли с малых лет готовило Нас к тому, что Нам следует соответствовать ожиданиям, "ладить”.
• Воспитание в традиционной женской роли готовило Другую к тому, что ей следует соответствовать ожиданиям, "ладить”.
• МЫ считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что "Быть хорошо приспособленной” к окружению означает "подтверждать его взгляд на мир”, "не высовываться”: тогда будет тебе и одобрение, и покровительство, и кукла Барби.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что "Быть хорошо приспособленной” к окружению означает "подтверждать его взгляд на мир”, "не высовываться.
• Наша некоторая беспомощность, неумение принимать решения, склонность к зависимости содержали в себе для Нас "вторичную выгоду” —индульгенцию, позволяющей не взрослеть, не развивать в полную меру свои способности.
• Беспомощность, неумение принимать решения, склонность к зависимости содержали в себе для Другой "вторичную выгоду” —индульгенцию, позволяющей не взрослеть, не развивать в полную меру свои способности.
• Мы выбрали, согласились утратить веру в себя, принять миф женской неполноценности и даже украсить его всяческими "бантиками”.
• Другая выбрала, согласилась утратить веру в себя, принять миф женской неполноценности.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что ничего особенного, серьезного МЫ из себя не представляем.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что ничего особенного, серьезного МЫ из себя не представляем.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что ничего особенного, серьезного она из себя не представляет.
• Нам внушали, что Мы ни на что не способны, что без Другого, чьей-то помощи шагу ступить не можем, не сможем.
• Другой внушали, что она ни на что не способна, что без Другого, чьей-то помощи шагу ступить не может, не сможет.
• Мы боялись любых экзаменов, любых оценок.
• Другая боялась любых экзаменов, любых оценок.
• Мы считали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что если что-то не получается — значит, я полная идиотка, "а что мне говорили”.
• Другая считала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что если что-то не получается — значит, она полная идиотка, "а что ей говорили”.
• МЫ променяли себя на возможность ни за что не отвечать, оставаться глупенькой девочкой, о которой позаботятся другие.
• Другая променяла себя на возможность ни за что не отвечать, оставаться глупенькой девочкой, о которой позаботятся другие.
• Мы получали выгоды от ленивого, зависимого существования.
• Другая получала выгоды от ленивого, зависимого существования.
• Мы отрицали, не хотели видеть, что получаем выгоды от ленивого, зависимого существования.
• Другая отрицала, не хотела видеть, что получает выгоды от ленивого, зависимого существования.

• Мы выбрали зависимость.
• Другая выбрала зависимость.
• В Нас сидел, проявлялся страх оценки, неуспеха, любого риска.
• В Другой сидел, проявлялся страх оценки, неуспеха, любого риска.
• В Нас сидела сильная, непреодолимая потребность в безопасности любой ценой.
• Мы искали "гарантированного”, спокойного существования.
• В Другой сидела сильная, непреодолимая потребность в безопасности любой ценой.
• Другая искала "гарантированного”, спокойного существования.
• Мы пытались, хотели (осознанно, неосознанно) "устроить свою жизнь” так, чтобы уже ничего самой не решать. Каждая причина этого.
• Другая пыталась, хотела (осознанно, неосознанно) "устроить свою жизнь” так, чтобы уже ничего самой не решать.
• Мы боялись лишиться покровительственного отношения.
• Другая боялась лишиться покровительственного отношения.
• Для Нас самой память о нереализованных способностях звучала укором.
• Мы узнавали о самих себе что-то неприятное, то, что прятали от себя.
• Другая узнавала о самой себе что-то неприятное, то, что прятала от себя.
• Предписание "хорошо учиться и слушаться” оказалось для Нас ловушкой.
• Предписание "хорошо учиться и слушаться” оказалось для Другой ловушкой.
• Мы слушали, видели, рассказывали, переживали сказки, истории, где обещается чья-то забота, любовь и безопасность, которые никакая Злая Мачеха не отнимет, ибо они — заслуженные, выстраданные, по справедливости полученные.
• Другая слушала, видела, рассказывала, переживала сказки, истории, где обещается чья-то забота, любовь и безопасность, которые никакая Злая Мачеха не отнимет, ибо они — заслуженные, выстраданные, по справедливости полученные.
• Мы осознанно, неосознанно искали, находили мужчин, рядом с которыми думать не нужно, неприлично, а то и просто опасно.
• Другая осознанно, неосознанно искала, находила мужчин, рядом с которыми думать не нужно, неприлично, а то и просто опасно.
• МЫ очаровались именно тем, что Другой был таким взрослым, таким надежным по сравнению с окружающими мальчишками.
• Другая очаровалась именно тем, что избранник был таким взрослым, таким надежным по сравнению с окружающими мальчишками.
• Мы боялись оказаться, показаться не вполне хорошей девочкой.
• Другая боялась оказаться, показаться не вполне хорошей девочкой.
• МЫ боялись независимости.
• Другая боялась независимости.
• Наше желание самореализации, самостоятельности, свободного развития своих способностей пришло в глубокое противоречие с желанием безопасности, безответственности, с вечным ожиданием "принца на белом коне”, который возьмет на себя все тяготы отношений с опасным и непредсказуемым внешним миром.
• Желание Другой самореализации, самостоятельности, свободного развития своих способностей пришло в противоречие с желанием безопасности, безответственности, с вечным ожиданием "принца на белом коне.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что неприлично вести себя слишком независимо.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что неприлично, неприемлемо вести себя слишком независимо.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что неприлично заявлять о своей приверженности передничку Золушки и готовности жить "замужем, как за каменной стеной”.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что неприлично, стыдно заявлять о своей приверженности передничку Золушки и готовности жить "замужем, как за каменной стеной”.
• В Нас сидела, Нами управляла, Мы отрицали, прятали, обнаружили свою неосознанную, подсознательную установку на подчинение, служение и ожидание защиты и гарантий взамен.
• В Другой сидела, Другой управляла, Другая отрицала, прятала, обнаружила свою неосознанную, подсознательную установку на подчинение, служение и ожидание защиты и гарантий взамен.
• Мы жалели тех дурочек, у которых нет в жизни серьезных интересов, которые полностью растворились в мужьях и детях.
• Другая жалела тех дурочек, у которых нет в жизни серьезных интересов, которые полностью растворились в мужьях и детях.
• Мы бесконечно доказывали, что могу, могу, могу.
• Другая бесконечно доказывала, что могу, могу, могу.
• Мы ожидали, что за верную и преданную службу Нас прикроют на работе от всех ветров.
• Мы ожидали, что за верную и преданную службу семье, любимому Нас прикроют от всех ветров в браке.
• Другая ожидала, что за верную и преданную службу ее прикроют на работе от всех ветров.
• Другая ожидала, что за верную и преданную службу семье, любимому ее прикроют от всех ветров в браке.
• Спасая свое естественное право развиваться, Мы воевали слишком много и постоянно конкурировала не на равных.
• Спасая свое естественное право развиваться, Другая воевала слишком много и постоянно конкурировала не на равных.
• Мы читали, видели, слышали, рассказывали сказки о Бабе-Яге. Все Наши мысли, чувства, ощущения, переживания при этом.
• В Наших высказываниях и поведении были черты того стиля, который принято называть "мужским”, карикатурой, отражение стереотипа мужественности (агрессивность, конкурентность, невнимание к чувствам и отношениям, стремление контролировать).
• Мы оказались в плену гендерных стереотипов, выбрав в качестве образца не "глупую жертву”, а "умного агрессора”.
• В высказываниях и поведении Другой было отражение стереотипа мужественности (агрессивность, конкурентность, невнимание к чувствам и отношениям, стремление контролировать).
• Другая оказалась в плену гендерных стереотипов, выбрав в качестве образца не "глупую жертву”, а "умного агрессора”.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что мужской стиль мышления и речи рассматривается как нормальный, а женский — как отклонение от нормы.
• Мы рассматривали мужской стиль мышления и речи как нормальный, а женский — как отклонение от нормы.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что мужской стиль мышления и речи рассматривается как нормальный, а женский — как отклонение от нормы.
• Кто-то рассматривал мужской стиль мышления и речи как нормальный, а женский — как отклонение от нормы.
• Наше представление о том, что "хорошо” и "правильно” в сфере мысли и в способе ее выражения — это представление, скроенное "по мужской мерке”.
• Чье-то представление о том, что "хорошо” и "правильно” в сфере мысли и в способе ее выражения — это представление, скроенное "по мужской мерке”.
• Мы называли, считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что умной называют женщину с мужским набором черт
• Кто-то называл, считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что умной называют женщину с мужским набором черт
• Нам было тяжело участвовать в так называемых "умных” разговорах вовсе не потому, что МЫ не понимали их предмета, а неявная силовая борьба между собеседниками.
• Другой было тяжело участвовать в так называемых "умных” разговорах вовсе не потому, что не понимала их предмета, а неявная силовая борьба между собеседниками.
• Мы видели, слышали, наблюдали, считали, что кто-то недолюбливает "умных” девушек — именно за то, что они усвоили мужскую соревновательную манеру разговора, тем самым производя впечатление задиристых и недоброжелательных.
• Нас недолюбливали за то, что Мы усвоили мужскую соревновательную манеру разговора, тем самым производя впечатление задиристых и недоброжелательных.
• Другая видела, слышала, наблюдала, считала, что кто-то недолюбливает "умных” девушек — именно за то, что они усвоили мужскую соревновательную манеру разговора, тем самым производя впечатление задиристых и недоброжелательных.
• Другую недолюбливали за то, что она усвоила мужскую соревновательную манеру разговора, тем самым производя впечатление задиристых и недоброжелательных.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что женщинам больше свойственно искать и находить общее во взглядах и высказываниях собеседника, больше слушать и подкреплять своим поведением желание другого человека высказаться: говорите, я с вами.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что женщинам больше свойственно искать и находить общее во взглядах и высказываниях собеседника, больше слушать и подкреплять своим поведением желание другого человека высказаться: говорите, я с вами.
• Нам было свойственно искать и находить общее во взглядах и высказываниях собеседника, больше слушать и подкреплять своим поведением желание другого человека высказаться: говорите, я с вами.
• Другой было свойственно искать и находить общее во взглядах и высказываниях собеседника, больше слушать и подкреплять своим поведением желание другого человека высказаться: говорите, я с вами.
• Наше стремление, манеры искать и находить общее во взглядах и высказываниях собеседника квалифицировали как пассивность, зависимость и отсутствие своего мнения.
• Стремление, манеры Другой искать и находить общее во взглядах и высказываниях собеседника квалифицировали как пассивность, зависимость и отсутствие своего мнения.
• Мы квалифицировали стремление, манеры Другой искать и находить общее во взглядах и высказываниях собеседника как пассивность, зависимость и отсутствие своего мнения.
• В ситуациях переживания страха или плохого обращения МЫ пытались овладеть своим страхом и страданием, перенимая качества мучителей: "Я не беспомощная жертва; я сама наношу удары и я могущественна.
• В ситуациях переживания страха или плохого обращения Другая пыталась овладеть своим страхом и страданием, перенимая качества мучителей.
• Мы идентифицировались с агрессором.
• Другая идентифицировалась с агрессором.
• Мы не любили женщин и не представляли себе, "что эти курицы могут такого интересного сказать”.
• Другая не любила женщин и не представляла себе, "что эти курицы могут такого интересного сказать”.
• Другой не любил женщин и не представлял себе, "что эти курицы могут такого интересного сказать”.
• Нам было мучительно трудно обращаться за какой бы то ни было поддержкой или помощью.
• Другой было мучительно трудно обращаться за какой бы то ни было поддержкой или помощью.
• "Разоруженное” состояние – без Наших доспехов «железной», сильной дамы - прочно было связано у Нас в памяти со страхом и страданием.
• "Разоруженное” состояние – без доспехов «железной», сильной дамы - прочно было связано у Другой в памяти со страхом и страданием.
• Мы пытались понять, "перебрать” свое семейное наследие, принять новые решения, отказаться от той части своего "сценария”, которая была "проглочена” и связана с проблемами предыдущего поколения, с более далеким прошлым семьи.
• Нашей маме нравилось быть женщиной и матерью.
• Нашей матери не нравилось быть женщиной и матерью.
• Мы слышали от матери, бабушки, тети про «тяжелую женскую долю».
• Мы согласились, что женская доля тяжела, согласились на «тяжелую женскую долю».
• Мы ощущали поддержку со стороны отца Нашего любопытства, смелости, физической свободы.
• Мы не ощущали поддержку со стороны отца Нашего любопытства, смелости, физической свободы.
• Мы воспринимали "быть вместе” как "цепляться друг за друга”.
• Другая воспринимала "быть вместе” как "цепляться друг за друга”.
• Для Нас "быть вместе” не означает "цепляться друг за друга”.
• Для Другой "быть вместе” не означает "цепляться друг за друга”.
• Темнота, отсутствие людей, силы природы не воспринимались Нами как исключительно враждебные.
• Темнота, отсутствие людей, силы природы воспринимались Нами как исключительно враждебные.
• Мы справлялись с проблемами, решали технические задачи (осознанно, неосознанно) согласно папиной ролевой модели.
• Другая справлялась с проблемами, решала технические задачи (осознанно, неосознанно) согласно папиной ролевой модели.
• Мы вынесли из семьи, отношений с родителями: с трудностями и опасностями мира можно справиться — терпением, умением, знанием.
• Другая вынесла из семьи, отношений с родителями: с трудностями и опасностями мира можно справиться.
• Мы нашли "среду обитания”, в которой ум и самостоятельность не считались чем-то вредным и неестественным для женщины.
• Другая нашла "среду обитания”, в которой ум и самостоятельность не считались чем-то вредным и неестественным для женщины.
• Мы получали от Другого гласное, негласное сообщение: «пробуй, рискуй, увеличивай нагрузки, я готов порадоваться твоим успехам, мне интересно твое мнение, у тебя есть будущее, ищи свое и учись тому, чему могу научить я… Ты можешь.» Каждое это послание. Каждый этот мужчина.
• Мы получали сообщение, знание "ты можешь” из себя самих, из книг, из опыта Другой.
• Мы делали выбор: одолжить свой интеллект, стать "серой кардинальшей” брата, мужа, друга, босса, любовника.
• Другая делала выбор: одолжить свой интеллект, стать "серой кардинальшей” брата, мужа, друга, босса, любовника.
• Выбирав роль"серой кардинальшей” при мужчине, МЫ получали при этом возможности знать, понимать, разбираться — и возможность ни с кем бороться, ничего никому доказывать.
• Выбирав роль"серой кардинальшей” при мужчине, Другая получала при этом возможности знать, понимать, разбираться — и возможность ни с кем бороться, ничего никому доказывать.
• Мы (осознанно, неосознанно) выбирали роль"серой кардинальшей” при мужчине , ради "вторичной выгоды” такого "нелегального положения”: можно не получать оценок во внешнем мире — то есть не быть отвергнутой.
• Другая (осознанно, неосознанно) выбирала роль"серой кардинальшей” при мужчине , ради "вторичной выгоды” такого "нелегального положения”: можно не получать оценок во внешнем мире — то есть не быть отвергнутой.
• Мы наслаждались тайной зависимостью от Нас того, за кого "делаем уроки” — при этом оставаясь хорошей, помощницей, "душечкой”.
• Другая наслаждалась тайной зависимостью от нее того, за кого "делает уроки” — при этом оставаясь хорошей, помощницей, "душечкой”.
• Роль «теневого правителя» при мужчине позволяла Нам чувствовать и считать себя несправедливо обиженной, недооцененной, тихонечко "вести счет”.
• Роль «теневого правителя» при мужчине позволяла Другой чувствовать и считать себя несправедливо обиженной, недооцененной, тихонечко "вести счет”.
• Будучи преданной советчицей, серым кардиналом, "боевой подругой” при мужчине Мы все равно не могли заслужить одобрение и благодарность.
• Будучи преданной советчицей, серым кардиналом, "боевой подругой” при мужчине Другая все равно не могла заслужить одобрение и благодарность.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что у женщин потребность в привязанности и одобрении со стороны окружающих выражена сильнее, чем у мужчин.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что у женщин потребность в привязанности и одобрении со стороны окружающих выражена сильнее, чем у мужчин.
• Мы испытывали громадную потребность в привязанности и одобрении со стороны окружающих, мужчин.
• У Нас возникли сомнения в собственной компетентности.
• В Нас сидела скрытая уверенность в том, что для выживания необходимо спрятаться, пригнуться, "погасить свет”.
• Другая испытывала громадную потребность в привязанности и одобрении со стороны окружающих, мужчин.
• У Другой возникли сомнения в собственной компетентности.
• В Другой сидела скрытая уверенность в том, что для выживания необходимо спрятаться, пригнуться, "погасить свет”.
• С Нами обращались как с детьми, милыми и ответственными, возможно, но — детьми.
• Нам нравилось, что с Нами общаются как с детьми, Мы (осознанно, неосознанно) хотели, чтобы с Нами общались как с детьми, милыми и ответственными, возможно, но — детьми.
• С Другой обращались как с детьми, милыми и ответственными, возможно, но — детьми.
• Другой нравилось, что с ней общаются как с ребенком, Другая (осознанно, неосознанно) хотела, чтобы с ней общались как с ребенком, милым и ответственным, но — ребенком.
• Нас не воспринимали всерьез.
• Мы сами обесценивали, были готовы слегка обесценить любое свое достижение и не принимать его всерьез.
• Мы сами не использовали свои возможности — не "разгонялись”, ползли на второй передаче, даже не узнав возможностей двигателя.
• Мы занимали положение, не соответствующее Нашим способностям и подготовке, в силу внутренних ограничений.
• Другую не воспринимали всерьез.
• Другая сама обесценивала, была готова слегка обесценить любое свое достижение и не принимать его всерьез.
• Другая сама не использовала свои возможности — не "разгонялась”, ползла на второй передаче, даже не узнав возможностей двигателя.
• Другая занимала положение, не соответствующее ее способностям и подготовке, в силу внутренних ограничений.
• Получая лестные предложения возглавить проект, реализовать свои идеи, Мы как-то всякий раз то долго думали, то заболевали, то никак не могли принять предложение "по непреодолимым обстоятельствам”.
• Получая лестные предложения возглавить проект, реализовать свои идеи, Другая как-то всякий раз то долго думала, то заболевала, то никак не могла принять предложение "по непреодолимым обстоятельствам”.
• Мы сами тормозили свое продвижение. Каждая причина этого.
• Другая сама тормозила свое продвижение.
• Мы искали ложной безопасности в тени друга, мужа, любовника, партнера, какого-нибудь "раздолбая”, засранца.
• Другая искала ложной безопасности в тени друга, мужа, любовника, партнера, какого-нибудь "раздолбая”, засранца.
• В своем поиске инфантильных, несамостоятельных мужчин Мы искали возможности "сыграть мамочку”
• В своем поиске инфантильных, несамостоятельных мужчин Другая искала возможности "сыграть мамочку”.
• В детстве Нам дали понять, Мы уяснили, что за то, чтобы "все было в порядке” для внешнего мира, отвечает женщина.
• В детстве Другой дали понять, Другая уяснила, что за то, чтобы "все было в порядке” для внешнего мира, отвечает женщина.
• Мы врали, из лучших побуждений, делали мужчину еще более беспомощным, чем он есть, занимались его делами в ущерб своим, но ни в коем случае не претендовали на авторитет.
• Другая врала из лучших побуждений, делала мужчину еще более беспомощным, чем он есть, занималась его делами в ущерб своим, но ни в коем случае не претендовала на авторитет.
• Мы бросались "на выручку” мужчине по собственному разумению, как только казалось, что "он не успевает”.
• Другая бросалась "на выручку” мужчине по собственному разумению, как только казалось, что "он не успевает”.
• Нам говорили, Мы слышали: "Без тебя он этого не добился бы”. Все Наши эмоции, мысли, чувства при этом.
• Мы говорили: "Без тебя он этого не добился бы”.
• Другой говорили, Другая слышала: "Без тебя он этого не добился бы”.
• Другая говорила: "Без тебя он этого не добился бы”.
• Какое-то событие, чьи-то слова вызывали у Нас явно чрезмерную, слишком сильную или длительную для них реакцию. Каждая причина этого. Каждая эта реакция.
• Какое-то событие, чьи-то слова вызывали у Другой явно чрезмерную, слишком сильную или длительную для них реакцию.
• У Нас было развито, Мы проявляли преувеличенное, обостренное ощущение необходимости "соблюдать лицо”, следовать норме.
• У Другой было развито, Другая проявляла преувеличенное, обостренное ощущение необходимости "соблюдать лицо”, следовать норме.
• Нам было неловко, небезразлично, "что люди скажут”.
• Другой было неловко, небезразлично, "что люди скажут”.
• Мы стыдились — не за себя, за кого-то.
• Другая стыдилась — не за себя, за кого-то.
• Наши родители не справлялись со своими ролями и еле-еле справлялись с жизнью вообще.
• Родители Другой не справлялись со своими ролями и еле-еле справлялись с жизнью вообще.
• Нам гласно, негласно, прямо, косвенно давали инструкцию: прикроешь мою неуспешность в родительской роли — будешь хорошей дочерью; внешний мир обманем вместе, мы же единое целое, мы же семья, правда?
• Другой гласно, негласно, прямо, косвенно давали инструкцию: прикроешь мою неуспешность в родительской роли — будешь хорошей дочерью; внешний мир обманем вместе, мы же единое целое, мы же семья, правда?
• Некоторая нечестность многолетнего "делания уроков” за других беспокоила Нас гораздо меньше, чем чувства вины и стыда, если не удается прикрыть собой очередную амбразуру.
• Некоторая нечестность многолетнего "делания уроков” за других беспокоила Другую гораздо меньше, чем чувства вины и стыда, если не удается прикрыть собой очередную амбразуру.
• Для Нас было настоящим испытанием, когда выпадал реальный шанс проявиться самостоятельно, взять что-то на себя не тайно, а при свете дня и без затей.
• Для Другой было настоящим испытанием, когда выпадал реальный шанс проявиться самостоятельно, взять что-то на себя не тайно, а при свете дня и без затей.
• При возможности проявиться самостоятельно на Нас столбняк нападал: МЫ опаздывали подать документы, у Нас случалось что-то непредвиденное — Мы бежали от самой возможности проявиться и быть оцененными по достоинству.
• При возможности проявиться самостоятельно Другая опаздывала подать документы, у нее случалось что-то непредвиденное — она бежала от самой возможности проявиться и быть оцененной по достоинству.
• Наш страх успеха, избегание самостоятельности основывались прежде всего на "вторичной выгоде” бесправного, но зато и безответственного положения.
• Страх успеха, избегание самостоятельности у Другой основывались на "вторичной выгоде” бесправного, но зато и безответственного положения.
• Мы учились, научились, Нас учили отвечать за себя, стоять за себя, принимать прямые оценки.
• Мы учились, научились, Нас учили определить приоритеты, поставить цель, методично продвигаться, искать партнеров, не нуждающихся в том, чтобы на Нас "повиснуть”.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились: "Если я не за себя, то кто за меня? Но если я только за себя, то зачем я?”
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась: "Если я не за себя, то кто за меня? Но если я только за себя, то зачем я?”
• Наша женская склонность к зависимости означала не столько потребность в защите, сколько потребность в том, чтобы являться частью человеческого сообщества, быть "в связке”, "в отношениях”.
• Женская склонность Другой к зависимости означала не столько потребность в защите, сколько потребность в том, чтобы являться частью человеческого сообщества, быть "в связке”, "в отношениях”.
• Нам нужно было не только чтобы заботились о Нас, Нам нужно было еще и заботиться о ком-то самим.
• Другой нужно было не только чтобы заботились о ней, ее нужно было еще и заботиться о ком-то самой.
• Мы нуждались в других — в тех, которые утешат и помогут, в тех, кто будет на нашей стороне в любой ситуации, в тех, кто скажет: "Я с тобой, я все понимаю”.
• Другая нуждалась в других — в тех, которые утешат и помогут, в тех, кто будет на ее стороне в любой ситуации, в тех, кто скажет: "Я с тобой, я все понимаю”.
• Мы испытывали потребность в том, чтобы самим быть нужными.
• Другая испытывала потребность в том, чтобы самой быть нужной.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что зрелость - означает отсутствие значимых отношений, свободу от привязанностей, —мужская модель самостоятельности, а женская склонность ставить взаимоотношения на первое место - слабость, а не сила.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что зрелость - означает отсутствие значимых отношений, свободу от привязанностей, —мужская модель самостоятельности, а женская склонность ставить взаимоотношения на первое место - слабость, а не сила.
• МЫ считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что все женщины хотят замуж, не то чтобы за определенного человека, а "взамуж” по определению. Все Наши мысли, чувства, эмоции, реакции при этом.
• Другой считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что все женщины хотят замуж, не то чтобы за определенного человека, а "взамуж” по определению.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что все женщины хотят замуж, не то чтобы за определенного человека, а "взамуж” по определению.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что замуж следует хотеть, стремиться и рваться.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что замуж следует хотеть, стремиться и рваться.
• Мы бесились, возмущались, когда слышали, что все женщины хотят замуж (при этом подразумевалось, что если не хотят – то они и не женщины).
• Нас раздражало, Мы возмущались, слыша: «женское счастье – был бы милый рядом».
• От Нас ждали "правильной” установки – хотеть замуж.
• Когда Мы говорили, что не хотим замуж, Нам не верили, считали, что Мы кокетничаем, выпендриваемся, обзывали феминисткой.
• Нам говорили, что Мы останемся «старой девой»,что Мы «старая дева».
• Нас бесило, что неженатого мужчину называли «холостяком, а незамужнюю женщину «старой девой».
• Мы сами называли кого-то «старой девой».
• Мы думали: «может, с Нами не все в порядке, раз Мы не рвемся замуж?»
• Мы не хотели, не рвались замуж любой ценой, но на Нас давила установка «замуж надо хотеть», «не быть замужем, не побыть замужем – это ненормально».
• От Другой ждали "правильной” установки – хотеть замуж.
• Когда Другая говорила, что не хочет замуж, ей не верили, считали, что она кокетничает, выпендривается, обзывали феминисткой.
• Другой говорили, что она останется «старой девой»,что она «старая дева».
• Другую бесило, что неженатого мужчину называют «холостяком, а незамужнюю женщину «старой девой».
• Другая сама называла кого-то «старой девой».
• Другая не хотела, не рвалась замуж любой ценой, но на нее давила установка «замуж надо хотеть», «не быть замужем, не побыть замужем – это ненормально».
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что для женщины замужество единственный способ устроить свою жизнь.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что для женщины замужество единственный способ устроить свою жизнь.
• Наши родители (бабушки, дедушки, близкие, родные) считали, слышали, говорили, согласились, не согласились, что для женщины замужество единственный способ устроить свою жизнь.
• Наши родители (бабушки, дедушки, близкие, родные) спрашивали: «Ну когда же, ты, наконец выйдешь замуж?»
• Родители (бабушки, дедушки, близкие, родные) Другой спрашивали: «Ну когда же, ты, наконец выйдешь замуж?»
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что женщина "биологически” предназначена для жизни в браке, для материнства.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что женщина "биологически” предназначена для жизни в браке, для материнства.
• Мы вышли замуж, стали жить с Другим не потому, что уж очень хотелось "к” — или "с”, — а потому, что отчаянно тянуло "от”.
• Другая вышла замуж, стала жить с Другим не потому, что уж очень хотелось "к” — или "с”, — а потому, что отчаянно тянуло "от”
• Мы жили в снятой самостоятельно для себя одной квартире с непонятным чувством вины перед родителями, особенно перед мамой: отделение состоялось, что называется, без уважительной причины.
• Другая жила в снятой самостоятельно для себя одной квартире с непонятным чувством вины перед родителями, особенно перед мамой: отделение состоялось, что называется, без уважительной причины.
• Замужние, женатые поглядывали на Нас искоса: мол, что с ней не так, раз не замужем?
• Замужние, женатые поглядывали на Другую искоса: мол, что с ней не так, раз не замужем?
• У Нас спрашивали: почему не замужем?
• У Другой спрашивали: почему не замужем?
• У Нас было велико искушение при случае всем доказать: «со мной все в порядке!», когда кто-то на Нас косился мол, что с ней не так, раз не замужем.
• У Другой было велико искушение при случае всем доказать: «со мной все в порядке!», когда кто-то на нее косился мол, что с ней не так, раз не замужем.
• Мы думали выйти замуж просто потому, что Нас достали вопросом «а почему ты не замужем?»
• Другая собиралась выйти замуж просто потому, что ее достали вопросом «а почему ты не замужем?»
• Мы день и ночь думали о Другом, более всего на свете желали его увидеть, услышать, а если очень повезет, то и потрогать.
• Другая день и ночь думала о ком-то, более всего на свете желала его увидеть, услышать, а если очень повезет, то и потрогать.
• Мы считали любовью только первую ее фазу - "острую”, протекающую в накале чувств, в угаре страсти, с высокой температурой и нарушениями ориентации в пространстве и времени.
• Другая считала любовью только первую ее фазу - "острую”, протекающую в накале чувств, в угаре страсти, с высокой температурой и нарушениями ориентации в пространстве и времени.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, отрицали, не хотели принимать, что близкие отношения не только греют, но и ранят.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, отрицал, не хотел принимать, что близкие отношения не только греют, но и ранят.
• Мы испытывали злость, агрессию по отношению к ребенку.
• Мы пугались своей агрессии к любимому ребенку.
• Мы прятали от себя свою злость, агрессию по отношению к ребенку.
• Другая испытывала злость, агрессию по отношению к ребенку.
• Другая пугалась своей агрессии к любимому ребенку.
• Другая прятала от себя свою злость, агрессию по отношению к ребенку.
• Сама идея, образ совместной жизни в Нашем восприятии сильно идеализирована. Каждый этот образ.
• Сама идея, образ совместной жизни в восприятии Другой сильно идеализирована.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что от женщины в браке, в отношениях ожидается "хамелеонистость”, ресурс адаптации к чему угодно.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что женщины от самих себя в браке, в отношениях ожидают гибкости и адаптации к чему угодно.
• Мы сами от себя в браке, в отношениях (осознанно, неосознанно) ожидаем гибкости и адаптации к чему угодно.
• Другая сама от себя в браке, в отношениях (осознанно, неосознанно) ожидала гибкости и адаптации к чему угодно.
• Кто-то от Нас в браке, в отношениях ожидал гибкости и адаптации к чему угодно.
• Когда Мы влюблялись, Нас охватывал болезненный энтузиазм помогать-служить любимому на всех фронтах — от кулинарии до экзотических пристрастий субъекта страсти.
• Когда Другая влюблялась, ее охватывал болезненный энтузиазм помогать-служить любимому на всех фронтах.
• Мы чувствовали, что из-за своего служения превращаемся для любимого в "мусорное ведро”, куда можно сплавлять любой негатив — агрессию, лень, скупость и прочие виды распущенности личности.
• Другая из-за своего служения превращалась для любимого в "мусорное ведро”, куда можно сплавлять любой негатив.
• Не предъявляя претензий Другому, Мы принимали решение тихо "отползти” — затаивались, замыкались, не приставали и старались неприметно жить своими делами.
• Не предъявляя претензий партнеру, Другая принимала решение тихо "отползти” — затаивалась, замыкалась, не приставала и старалась неприметно жить своими делами.
• Наши отношения с Другим переходили в стадию "наездов”, Нас цепляли, щипали, мелкие поступки комментировали, извращая суть, а также заставляли постоянно защищаться.
• Наши отношения с Другим переходили в стадию "наездов”, МЫ его цепляли, щипали, мелкие поступки комментировали, извращая суть, а также заставляли его постоянно защищаться.
• Отношения Другой с партнером переходили в стадию "наездов”, ее цепляли, щипали, мелкие поступки комментировали, извращая суть, а также заставляли постоянно защищаться.
• Отношения Другой с партнером переходили в стадию "наездов”, она его цепляла, щипала, мелкие поступки комментировала, извращая суть, а также заставляла его постоянно защищаться.
• Мы говорили, слышали, читали: "Я ему, паразиту, отдала лучшие годы”.
• Другая говорила, слышала, читала: "Я ему, паразиту, отдала лучшие годы”.
• Мы слишком многого ждали от отношений, брака. Все Наши эти ожидания.
• Другая слишком многого ждала от отношений, брака.
• Мы считали, ждали, что отношения, брак, Другой – это решение всех Наших проблем.
• Другая считала, ждала, что отношения, брак, Другой – это решение всех ее проблем.
• Отношения, брак, Другой больше создавали для Нас проблем, чем решали.
• Отношения, брак, партнер больше создавали для Другой проблем, чем решали.
• Наши ожидания от партнера были противоречивы: я хочу, чтоб "как за каменной стеной”, — но чтоб считали равноправным партнером; чтоб меня понимали, выслушивали, душевно со мной разговаривали, — но чтоб при этом он был "настоящим мужчиной”, решительным и все такое.
• Ожидания Другой от партнера были противоречивы: я хочу, чтоб "как за каменной стеной”, — но чтоб считали равноправным партнером; чтоб меня понимали, выслушивали, душевно со мной разговаривали, — но чтоб при этом он был "настоящим мужчиной”, решительным и все такое.
• Мы ждали от партнера:
o - Чтоб ухаживал, как в кино, — а ответственности чтоб было, как у зрелого мужа, серьезного и без придури.
o -Чтоб детей воспитывал вместе со мной, был хорошим отцом, — но только так, как я считаю нужным!
o -Пусть уступает, — но чтоб не был тряпкой!
o -Хочу независимости, — но содержи семью!
o - Будь и мамочкой, и отцом, и любовником, и сыном — и тогда, когда мне не хватает мамочки, отца, любовника или еще одного ребенка!
o - Возьми на себя серьезные решения, — но почему ты со мной не советуешься?
o - Принимай меня такой, какая я есть: мой возраст, мои интересы, внешность, характер, все… Но чтоб при этом оставался тем влюбленным мальчиком, который ничего не соображал и видел во мне одно хорошее!
o - Не нарушай моих границ — почему ты совсем не интересуешься моими делами?
o - Делись со мной, рассказывай мне все, — но только то, что я хочу слышать!
• Другая ждала от партнера:
o - Чтоб ухаживал, как в кино, — а ответственности чтоб было, как у зрелого мужа, серьезного и без придури.
o -Чтоб детей воспитывал вместе со мной, был хорошим отцом, — но только так, как я считаю нужным!
o -Пусть уступает, — но чтоб не был тряпкой!
o -Хочу независимости, — но содержи семью!
o - Будь и мамочкой, и отцом, и любовником, и сыном — и тогда, когда мне не хватает мамочки, отца, любовника или еще одного ребенка!
o - Возьми на себя серьезные решения, — но почему ты со мной не советуешься?
o - Принимай меня такой, какая я есть: мой возраст, мои интересы, внешность, характер, все… Но чтоб при этом оставался тем влюбленным мальчиком, который ничего не соображал и видел во мне одно хорошее!
o - Не нарушай моих границ — почему ты совсем не интересуешься моими делами?
o - Делись со мной, рассказывай мне все, — но только то, что я хочу слышать!
• Мы верили в брак как "хороший конец”, в брак как смысл жизни, в брак как "наше все”.
• Другая верила в брак как "хороший конец”, в брак как смысл жизни, в брак как "наше все”.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что "хорошее дело браком не назовут”.
• Кто-то считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что "хорошее дело браком не назовут”.
• Мы были решительно настроены в своем браке сделать все "не так, как у родителей”.
• Другая была решительно настроена в своем браке сделать все "не так, как у родителей”.
• Мы думали, решали, что Мы можем сделать, чтобы все-таки не принимать в отношениях роль, которая Нас не устраивает. Каждое это решение.
• Мы хотели, решили перестать играть в "поиск виноватого”.
• Другая решила перестать играть в "поиск виноватого”.
• Мы решили попытаться изменить то, что можем изменить, и принять то, чего не можем изменить.
• Другая решила попытаться изменить то, что может изменить, и принять то, чего не может изменить.
• Мы думали, решали: все-таки девочкой я хочу быть или взрослой, на равных или нет, искренней или не очень. Каждое это решение.
• Мы боялись отвержения, сравнений: скажи мне, что я самая лучшая, что я единственная, и черт с ней, с реальностью.
• Другая боялась отвержения, сравнений: скажи мне, что я самая лучшая, что я единственная, и черт с ней, с реальностью.
• Мы требовали от Другого безусловного принятия — любви "без экзаменов”.
• Другой требовал от Нас безусловного принятия — любви "без экзаменов”.
• Другая требовала от кого-то безусловного принятия — любви "без экзаменов”.
• Кто-то требовал от Другой безусловного принятия — любви "без экзаменов”.
• Мы пытались "консервировать” то, что по самой своей природе должно быть живым, развивающимся, изменчивым,… смертным.
• Кто-то пытался "консервировать” то, что по самой своей природе должно быть живым, развивающимся, изменчивым,… смертным.
• Наши потребности были опасны для Нас самих. Все эти потребности.
• Потребности Другой были опасны для нее самой.
• Наша сильная потребность в чем-то привела Нас к сужению восприятия, его сугубой избирательности.
• Сильная потребность Другой в чем-то привела ее к сужению восприятия, его сугубой избирательности.
• То, чего Нам не хватает, заполняло Наши мысли, фантазии, сны, виделось в поведении окружающих, Другого.
• То, чего Другой не хватает, заполняло ее мысли, фантазии, сны, виделось в поведении окружающих, Другого.
• Наша потребность, которой Мы отказали в прямом, непосредственном удовлетворении, проявлялась косвенно,уходила " в подполье”, на подсознательный уровень. Каждая эта потребность.
• Потребность, которой Другая отказала в прямом, непосредственном удовлетворении, проявлялась косвенно,уходила " в подполье”, на подсознательный уровень.
• В самых ярких "Его” свойствах отражалась какая-то область Нашей неуверенности, несостоятельности.
• В самых ярких свойствах партнера Другой отражалась какая-то область ее неуверенности, несостоятельности.
• Мы приписывали Другому то, что для Нас является проблемой.
• Другая приписывала мужчине то, что для нее является проблемой.
• Упорно не желая взрослеть и принимать решения, Мы мечтали о "завоевателе” или "надежной опоре”.
• Упорно не желая взрослеть и принимать решения, Другая мечтала о "завоевателе” или "надежной опоре”.
• Не умея, стыдясь выражать свои чувства, Мы мечтали о том, "кто поймет без слов”.
• Не умея, стыдясь выражать свои чувства, Другая мечтала о том, "кто поймет без слов”.
• Стыдясь своего сексуального желания, не позволяя себе наслаждаться сексом, Мы мечтали о том, кто Нас соблазнит.
• Стыдясь своего сексуального желания, не позволяя себе наслаждаться сексом, Другая мечтала о том, кто ее соблазнит.
• Встреча с "Мужчиной Мечты” оказалась для Нас травмой, разочарованием.
• Встреча с "Мужчиной Мечты” оказалась для Другой травмой, разочарованием.
• Мы относились к своим фантазиям «о Нем» со здоровым любопытством, как к проявлению своих потребностей, исследовали их.
• Мы отчетливо отделяли мир грез от реальности.
• Мы принимали свои мечты за реальность.
• Другая относилась к своим фантазиям «о Нем» со здоровым любопытством, как к проявлению своих потребностей, исследовала их.
• Другая отчетливо отделяла мир грез от реальности.
• Другая принимала свои мечты за реальность.
• Мужчина Моей Мечты для Нас:
o - Не похож на обычных мужчин, с которыми Мы учились, работали, ходили на свидания. Обязан от них отличаться, быть "не таким, как они”.
o -Не вполне понятен. О Нем известно мало или почти ничего — какой простор для фантазии!
o -Не отягощен парочкой родителей, маячащих за каждым обычным мужчиной. Его невозможно представить в роли вечного сына-подростка, говорящего в трубку что-то вроде: "Ну ладно, мам, ну я же сказал…” Он не то чтобы сирота, а скорее супервзрослый. Его можно приручать, но никак не воспитывать.
o – Красив. Обоятелен. Имеет право на какую-нибудь милую "особую примету”, но только не смешную. Никаких намеков на животик, никаких кривоватых ног и редеющих волос на макушке!
o - Окружен аурой сильной и, возможно, опасной.
o -Что-то умеет делать очень хорошо, желательно — первоклассно (кроме того, понятное дело, чтобы быть первоклассным любовником).
o - Любит детей.
o -Обладает противоречивой личностью, каких в природе не бывает: добр, но тверд; щедр, но деловит; супермен, но с душой институтки и проч.
o -В состоянии наконец-то оценить по достоинству — то есть в превосходной степени — Нас (меня, ее).
o -Не существует в природе.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что то, как Мы любим других людей, а они Нас, напрямую связано с нашим самоотношением, самооценкой, с тем, насколько Мы способны любить и уважать себя самих.
• В Нашем поведении, в манере общаться было написано, что Мы недостойны.
• В поведении, в манере общаться Другой было написано, что она недостойна.
• Мы хотели услышать утешение, что все "кончится хорошо” и любви хватит всем, узнать готовый рецепт любовного счастья.
• Другая хотела услышать утешение, что все "кончится хорошо” и любви хватит всем, узнать готовый рецепт любовного счастья.
• Мы не хотели, отказывались, согласились задуматься о своей самооценке, понять, какие ожидания в отношениях реалистичны, а какие нет, посмотреть на ситуацию Его глазами, увидеть собственные ошибки и разобраться в их причинах.
• Другая не хотела, отказывалась, согласилась задуматься о своей самооценке, понять, какие ожидания в отношениях реалистичны, а какие нет, посмотреть на ситуацию Его глазами, увидеть собственные ошибки и разобраться в их причинах.
• Мы думали, читали, видели, слышали, говорили: "Я знаю, что себя надо любить. Но что же делать, если не получается? Почему у меня не получается, ведь это должно быть просто? Со мной что-то не так?”.
• Другая думала, читала, видела, слышала, говорила: "Я знаю, что себя надо любить. Но что же делать, если не получается? Почему у меня не получается, ведь это должно быть просто? Со мной что-то не так?”.
• Мы осознанно, неосознанно жили согласно тезису "любишь — докажи”. Каждая причина и следствие этого.
• Мы предъявляли неоплатные счета к себе.
• Наша самооценка зависела от внешних успехов, от достижений, от сиюминутного отношения других людей.
• Другая предъявляла неоплатные счета к себе.
• Самооценка Другой зависела от внешних успехов, от достижений, от сиюминутного отношения других людей.
• Наша "любовь к себе” была слишком уязвима, съеживалась от малейшего неуспеха.
• У Другой "любовь к себе” была слишком уязвима, съеживалась от малейшего неуспеха.
• Мы изводили себя сравнениями "не в пользу”.
• Другая изводила себя сравнениями "не в пользу”.
• Минуты острого недовольства собой были для Нас продуктивны, с них начинались настоящие изменения.
• Минуты острого недовольства собой были для Другой продуктивны, с них начинались настоящие изменения.
• Мы себя балуем, но редко по-настоящему растим.
• В отношении себя самих Мы пропускали те моменты, когда жизненно необходимо спросить себя: "Что-то случилось?” — и даже предложить себе "поговорить”.
• Мы были невнимательны к себе.
• Мы не замечали, пропускали первые признаки серьезной перемены своего состояния.
• Другая была невнимательна к себе.
• Другая не замечала, пропускала первые признаки серьезной перемены своего состояния.
• Нам было «не до себя».
• Другой было «не до себя».
• Себя и свое единственное тело Мы привыкли не учитывать, не считать чем-то важным.
• Себя и свое единственное тело Другая привыкла не учитывать, не считать чем-то важным.
• МЫ испытывали недоверие к собственным ощущениям.
• Другая испытывала недоверие к собственным ощущениям.
• Нас в детстве хвалили мало и как-то вообще: мол, "хорошая девочка”.
• Другую в детстве хвалили мало и как-то вообще: мол, "хорошая девочка”.
• Наши привязанности, отношения с кем-то поворачивались темными, пугающими гранями, трансформировались до неузнаваемости, проходили фазы развития и кризисы.
• Привязанности, отношения с кем-то Другой поворачивались темными, пугающими гранями, трансформировались до неузнаваемости, проходили фазы развития и кризисы.
• МЫ вставали перед выбором: искать и ждать совершенных отношений, или отвлечься от соблазнительной картины, начать двигаться, начать их строить.
• Другая вставала перед выбором: искать и ждать совершенных отношений, или отвлечься от соблазнительной картины, начать двигаться, начать их строить.
• МЫ хотели разделаться, избавиться, "зарезать” какую-нибудь свою нелюбимую часть себя.
• Мы поддались искушению разделаться, избавиться, "зарезать” какую-нибудь свою нелюбимую часть.
• Другая хотела разделаться, избавиться, "зарезать” какую-нибудь свою нелюбимую часть себя.
• Другая поддалась искушению разделаться, избавиться, "зарезать” какую-нибудь свою нелюбимую часть.
• Мы знакомились, мирились, договаривались с самыми мрачными, уродливыми, неприемлемыми сторонами себя самой. Все эти стороны.
• Мы испытывали чувство брезгливости и страха перед нормальным функционированием своего тела, перед месячными, перед своими половыми органами.
• Другая испытывала чувство брезгливости и страха перед нормальным функционированием своего тела, перед месячными, перед своими половыми органами.
• К Нам относились как к красивому объекту, не имеющему собственных чувств.
• К Другой относились как к красивому объекту, не имеющему собственных чувств.
• Для Нас "чувствовать” и уж тем более "проявлять чувства” означало "страдать”.
• Для Другой "чувствовать” , "проявлять чувства” означало "страдать”.
• Мы обнаружили, сколько в Нас подавленного гнева и как трудно его выражать.
• Другая обнаружила, сколько в ней подавленного гнева и как трудно его выражать.
• Мы не могли выйти из роли "овцы”.
• Другая не могла выйти из роли "овцы”.
• Наша способность откровенно выражать чувства была связана, заблокирована. Каждая причина этого.
• Способность Другой откровенно выражать чувства была связана, заблокирована.
• Нас обвиняли в эгоизме, самовлюбленности, пренебрежении к окружающим.
• Мы обвиняли кого-то в эгоизме, самовлюбленности, пренебрежении к окружающим.
• Другую обвиняли в эгоизме, самовлюбленности, пренебрежении к окружающим.
• Мы оправдывались, отбрехивались. защищались, испытывали потребность оправдаться или отбрехаться, защититься, когда Нас обвиняли в эгоизме, самовлюбленности, пренебрежении к окружающим.
• Другая оправдывалась, отбрехивалась, защищалась, когда ее обвиняли в эгоизме, самовлюбленности, пренебрежении к окружающим.
• Мы боялись обвинения в эгоизме, самовлюбленности, пренебрежении к окружающим.
• Другая боялась обвинения в эгоизме, самовлюбленности, пренебрежении к окружающим.
• Наши робкие попытки "эгоизма” сопровождались оправданиями, порой агрессивными.
• Робкие попытки "эгоизма” у Другой сопровождались оправданиями, порой агрессивными.
• МЫ не верили, боялись поверить, не считали, что имеем право на уважение, вознаграждение за работу, благодарность.
• Другая не верила, боялась поверить, не считала, что имеет право на уважение, вознаграждение за работу, благодарность.
• Кто-то считал,говорил, что Мы не имеем право на уважение, вознаграждение за работу, благодарность.
• Кто-то считал,говорил, что Другая не имеет право на уважение, вознаграждение за работу, благодарность.
• Мы думали, слышали, говорили: зачем, мне ничего не надо.
• Другая слышала, говорила: зачем, мне ничего не надо.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что если не возражать, то человек сам поймет.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что если не возражать, то человек сам поймет.
• Мы не могли, хотели, отказывались, учились, пытались "разучиться быть жертвой”.
• Другая не могла, хотела, отказывалась, училась, пыталась "разучиться быть жертвой”.
• Наши попытки другого поведения вызывали у окружающих не поддержку, а немедленное усиление давления.
• Попытки Другой изменить поведение вызывали у окружающих не поддержку, а немедленное усиление давления.
• Понимание "вторичной выгоды” положения страдалицы было Нам неприятно, коробило, не позволяло сохранить представление о самой себе как о "хорошей девочке”.
• Понимание "вторичной выгоды” положения страдалицы было Другой неприятно, коробило, не позволяло сохранить представление о самой себе как о "хорошей девочке”.
• Выплески собственного гнева Нас пугали.
• Наши выплески гнева были сильными, с оттенком мстительности и жестокости, которую Мы в себе не признавали.
• Выплески собственного гнева пугали Другую.
• Выплески гнева у Другой были сильными, с оттенком мстительности и жестокости, которую она в себе не признавала.
• То, за что МЫ боролись, на то и напоролись.
• То, за что Другая боролась, на то и напоролась.
• МЫ отказывались от минимальных знаков уважения и признания своего труда.
• Другая отказывалась от минимальных знаков уважения и признания своего труда.
• "Отдавая все”, МЫ надеялись на похвалу, покровительство, на то, что о Нас позаботятся, — а уж Мы отработаем, уж наизнанку вывернемся.
• "Отдавая все”, Другая надеялась на похвалу, покровительство, на то, что о ней позаботятся, — а уж она отработает, уж она наизнанку вывернется.
• Нам хотелось быть надежной опорой любимому, всегда быть рядом с ребенком, раствориться в их потребностях — быть нужной, быть в безопасности, в тени, но всегда под рукой.
• Другой хотелось быть надежной опорой любимому, всегда быть рядом с ребенком, раствориться в их потребностях — быть нужной, быть в безопасности, в тени, но всегда под рукой.
• Мы пытались дать своим близким именно то, чего Нам самой катастрофически не хватало.
• Другая пыталась дать своим близким именно то, чего ей самой катастрофически не хватало.
• Мы все решали за Другого.
• Другая все решала за кого-то.

• За Нас саму в жизни никто и ничего не сделал, МЫ росли заброшенным ребенком.
• За Другую в жизни никто и ничего не сделал, она росла заброшенным ребенком.
• Мы жили по сценарию "сама не сделаешь — никто не сделает”, помощи ждать неоткуда, кругом сплошные спины занятых своими делами взрослых.
• Другая жила по сценарию "сама не сделаешь — никто не сделает”, помощи ждать неоткуда, кругом сплошные спины занятых своими делами взрослых.
• В детстве МЫ часами играли одна, без помощи делали уроки, решали все свои проблемы.
• В детстве Другая часами играла одна, без помощи делала уроки, решала все свои проблемы.
• Нам предписывалось понимать, сочувствовать, терпеть, заботиться и угадывать даже еще не выраженные потребности.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что отдавать ближним последний кусок считается правильным и почетным, собственные страдания вознаграждаются чувством выполненного долга, уважением окружающих.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что отдавать ближним последний кусок считается правильным и почетным, собственные страдания вознаграждаются чувством выполненного долга, уважением окружающих.
• Решая и делая все за своих близких, Мы разрушали себя, их уверенность в себе, развращали и питали их темные стороны.
• Решая и делая все за своих близких, Другая разрушала себя, их уверенность в себе, развращала и питала их темные стороны.
• Мы убегали в "служение” от каких-то своих проблем. Каждая эта проблема.
• Другая убегала в "служение” от каких-то своих проблем.
• Мы называли что-то, кого-то сексуальным.
• Другая называла что-то, кого-то сексуальным.
• Мы не понимали, не терпели легкого, радостного отношения к сексу.
• Мы не могли, хотели, пытались, стыдились легко и радостно относиться к сексу.
• Мы легко и радостно относились к сексу.
• Другая не понимала, не терпела легкого, радостного отношения к сексу.
• Другая не могла, хотела, пыталась, стыдилась легко и радостно относиться к сексу.
• Другая легко и радостно относилась к сексу.
• МЫ панически считали дни до месячных.
• Мы боялись задержки.
• Другая панически считала дни до месячных.
• Другая боялась задержки.
• Занимаясь сексом (даже, если при этом предохранялись), Мы боялись забеременеть.
• Занимаясь сексом (даже, если при этом предохранялась), Другая боялась забеременеть.
• Мы боялись, решили, что Мы фригидны. Каждая причина этого.
• Другая боялась, решила, что она фригидна.
• Нам сказали, что Мы фригидны.
• Другой сказали, что она фригидна.
• Мы хотели, стремились, боялись быть "раскованной”.
• Другая хотела, стремилась, боялась "раскованной”.
• Наша самооценка в сексе Нам, будто бы и не принадлежала, зависела от другого, ему вручалась: тебе хорошо со мной, милый?
• Самооценка Другой в сексе ей, будто бы и не принадлежала, зависела от другого, ему вручалась: тебе хорошо со мной, милый?
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что для мужчины неотъемлемое право следовать собственной прихоти, стать объектом которой для женщины — большая честь.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что для мужчины неотъемлемое право следовать собственной прихоти, стать объектом которой для женщины — большая честь.
• Другой считал, читал, видел, слышал, говорил, согласился, не согласился, что для мужчины неотъемлемое право следовать собственной прихоти, стать объектом которой для женщины — большая честь.
• Общественная норма требовала от Нас "блюсти себя”, подавляя свою нормальную чувственность, осчастливят законным браком — тогда пожалуйста.
• Общественная норма требовала от Другой "блюсти себя”, подавляя свою нормальную чувственность, осчастливят законным браком — тогда пожалуйста.
• МЫ не могли, пытались примирить картину сексуальной "свободы”, которая вроде бы уже и не считается чем-то запретным, — и реальности: женщина не должна быть шлюхой.
• Другая не могла, пыталась примирить картину сексуальной "свободы”, которая вроде бы уже и не считается чем-то запретным, — и реальности: женщина не должна быть шлюхой.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что аборт, вакуум — спасительное и лучшее из решений.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что аборт, вакуум — спасительное и лучшее из решений.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что "Аборт, вакуум — это когда мама убивает своего ребенка”.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что "Аборт, вакуум — это когда мама убивает своего ребенка”.
• Нам говорили, Мы слышали, что Мы родились не вовремя.
• Другой говорили, Другая слышала, что она родилась не вовремя.
• Наша мать, бабка делала, хотела сделать аборт, вакуум
• Мать, бабка Другой делала, хотела сделать аборт, вакуум.
• Наша мать хотела сделать аборт, вакуум, когда была беременна Нами.
• Мать Другой хотела сделать аборт, вакуум, когда была беременна ею.
• Нашу мать, бабку винили, наказывали, стыдили, Наша мать себя винила, наказывала за аборт, вакуум, за то, что хотела сделать аборт, вакуум.
• Мать, бабка Другой винили, наказывали, стыдили, мать Другой себя винила, наказывала за аборт, вакуум, за то, что хотела сделать аборт, вакуум.
• Мы хотели сделать, сделали, Нам говорили сделать аборт, вакуум
• Другая хотела сделать, сделала, Другой говорили сделать аборт, вакуум.
• Нас винили, наказывали, стыдили, Мы себя винили, наказывали за аборт, вакуум, за то, что хотели сделать аборт, вакуум.
• Другую винили, наказывали, стыдили, Другая себя винила, наказывала за аборт, вакуум, за то, что хотела сделать аборт, вакуум.
• Нам говорили, Мы говорили Другой, Мы слышали, читали, как Другой говорили после аборта, вакуума: «Ты — убийца, и нечего отворачиваться. Как ты можешь жить после этого? Ты еще будешь наказана! Ты не родишь здорового ребенка, ты вообще не родишь или умрешь молодой от какой-нибудь мерзкой болячки. Что ты ежишься, что ты плачешь теперь? Раньше надо было думать!»
• Другая слышала, Другой говорили, Другая слышали, читала, как кому-то говорили после аборта, вакуума: «Ты — убийца, и нечего отворачиваться. Как ты можешь жить после этого? Ты еще будешь наказана! Ты не родишь здорового ребенка, ты вообще не родишь или умрешь молодой от какой-нибудь мерзкой болячки. Что ты ежишься, что ты плачешь теперь? Раньше надо было думать!»
• Мы боялись беременности, родов, аборта, вакуума.
• Мы боялись последствий беременности, родов, аборта, вакуума.
• Другая боялась беременности, родов, аборта, вакуума.
• Другая боялась последствий беременности, родов, аборта, вакуума.
• Мы боялись, что у Нас не будет детей, что у Нас больше не будет детей.
• Другая боялась, что у нее не будет детей, что у нее больше не будет детей.
• Мы сделали аборт, вакуум по медицинским показаниям.
• Другая сделала аборт, вакуум по медицинским показаниям.
• Мы пытались забеременеть и не могли.
• Другая пыталась забеременеть и не могла.
• Мы хотели ребенка.
• Другая хотела ребенка.
• Нашей матери, бабке было тяжело и стыдно говорить, вспоминать, что она сделала аборт, вакуум, хотела сделать аборт, вакуум.
• Матери, бабке Другой было тяжело и стыдно говорить, вспоминать, что она сделала аборт, вакуум, хотела сделать аборт, вакуум.
• Нам было тяжело и стыдно говорить, вспоминать, что МЫ сделали аборт, вакуум, хотели сделать аборт, вакуум.
• Другой было тяжело и стыдно говорить, вспоминать, что она сделала аборт, вакуум, хотела сделать аборт, вакуум.
• Нашей матери, бабке казалось, она считала, что ее осудят, будут винить, узнав, что она сделала, хотела сделать аборт, вакуум.
• Матери, бабке Другой казалось, она считала, что ее осудят, будут винить, узнав, что она сделала, хотела сделать аборт, вакуум.
• Нам казалось, Мы считали, что Нас осудят, будут винить, узнав, что МЫ сделали, хотели сделать аборт, вакуум.
• Другой казалось, Другая считала, что ее осудят, будут винить, узнав, что она сделала, хотела сделать аборт, вакуум.
• Другая не могла поверить, что другие могут принять, что она сделала, хотела сделать аборт, вакуум.
• Мы не могли поверить, что другие могут принять, что Мы сделали, хотели сделать аборт, вакуум.
• Наш партнер, муж, любовник не хотел ребенка.
• Муж, любовник Другой не хотел ребенка.
• Мы видели, смотрели фото абортированных детей.
• Другая видела, смотрела фото абортированных детей.
• Мы считали, читали, слышали, говорили, согласились, не согласились, что те, кто делает аборт, вакуум – убийцы, преступники, моральные уроды, их надо стерилизовать и т.д.
• Кто-то считал, читал, слышал, говорил, согласился, не согласился, что те, кто делает аборт, вакуум – убийцы, преступники, моральные уроды, их надо стерилизовать и т.д.
• Мы слышали, видели, читали, как кто-то равнодушно, наплевательски, обыденно, спокойно отнесся к абортам
• Другая слышала, видела, читала, как кто-то равнодушно, наплевательски, обыденно, спокойно отнесся к абортам.
• Мы считали, читали, слышали, говорили, согласились, не согласились, что женщина не имеет права делать аборт, забеременела – рожай.
• Кто-то считал, читал, слышал, говорил, согласился, не согласился, что женщина не имеет права делать аборт, забеременела – рожай.
• Мы считали, читали, слышали, говорили, согласились, не согласились, что тело женщины не принадлежит ей, пока она беременна, она не имеет права им распоряжаться.
• Кто-то считал, читал, слышал, говорил, согласился, не согласился, что тело женщины не принадлежит ей, пока она беременна, она не имеет права им распоряжаться.
• Мы узнали, что кто-то из Наших близких, родных, друзей сделали аборт. Все Наши мысли, эмоции, чувства, слова при этом.
• Другая узнала, что кто-то из ее близких, родных, друзей сделали аборт.
• Другая читала, видела, слышала, говорила, что кто-то сделала кучу абортов, и ничего.
• МЫ читали, видели, слышали, говорили, что кто-то сделала кучу абортов, и ничего.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, Нам говорили, что «если сучка не захочет, кобель не вскочит.»
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, ей говорили, что «если сучка не захочет, кобель не вскочит.»
• Мы читали, слышали, говорили о вреде, последствиях аборт, вакуума.
• Другая читала, слышала, говорила о вреде, последствиях аборт, вакуума.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что никому Мы без детей не нужны.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что никому она без детей не нужна.
• Мы получали гласное, негласное послание от родителей, родных: «Ты — некстати, ты — беда, без тебя нам было бы легче.»
• Другая получала гласное, негласное послание от родителей, родных: «Ты — некстати, ты — беда, без тебя нам было бы легче.»
• Наша мать, бабка оплакивала своего нерожденного ребенка.
• Мать, бабка Другой оплакивала своего нерожденного ребенка.
• Другая оплакивала своего нерожденного ребенка.
• Мы оплакивала своего нерожденного ребенка.
• Наша мать, бабка жалела, что родила.
• Мать, бабка Другой жалела, что родила.
• Мы жалели, что родили.
• Другая жалела, что родила.
• Мы не могли расслабиться, занимаясь сексом, боясь «залететь».
• Другая не могла расслабиться, занимаясь сексом, боясь «залететь».
• У Нас болели яичники.
• У Другой болели яичники.
• Нас осматривал гинеколог.
• Другую осматривал гинеколог.
• Мы в первый раз пришли к гинекологу.
• Другая в первый раз пришла к гинекологу.
• Мы боялись идти к гинекологу, Мы боялись гинеколога. Каждая причина этого.
• Другая боялась гинеколога, боялась идти к гинекологу.
• Нас стращали рассказами про гинеколога, про гинекологическое кресло, про осмотр у гинеколога.
• Другую стращали рассказами про гинеколога, про гинекологическое кресло, про осмотр у гинеколога.
• Мы не могли, не умели, не хотели, боялись поговорить с мамой по-душам, по-человески, тепло. Каждая причина этого.
• Мы не могли, не умели, не хотели, боялись поговорить с отцом по-душам, по-человески, тепло. Каждая причина этого.
• Другая не могла, не умела, не хотела, боялась поговорить с мамой по-душам, по-человески, тепло.
• Другая не могла, не умела, не хотела, боялась поговорить с отцом по-душам, по-человески, тепло.
• Мы чувствовали, делали вывод, что Наше тело Нам не принадлежит.
• Мы приняли на себя ответственность за свое тело.
• Мы относились, стали, решили относиться к своему телу уважительно наперекор всей лицемерной, женоненавистнической "практике».
• Другая чувствовала, делала вывод, что ее тело ее не принадлежит.
• Другая приняла на себя ответственность за свое тело.
• Другая относилась, стала, решила относиться к своему телу уважительно наперекор всей лицемерной, женоненавистнической "практике».
• Мы принимали свое тело и гордились им не только потому, что оно желанно или способно давать жизнь, — а просто потому, что оно живет и чувствует.
• Другая принимала свое тело и гордилась им не только потому, что оно желанно или способно давать жизнь, — а просто потому, что оно живет и чувствует.
• Нас растила бабушка.
• Другую растила бабушка.
• МЫ сами, Наши родители, их родители — выжившие, мы пришли в этот мир не благодаря, а вопреки историческим обстоятельствам.
• Мы чувствовали, считали себя недостаточно женственной.
• Другая чувствовала, считала себя недостаточно женственной.
• Нам было стыдно, страшно, Мы стеснялись, испугались, когда у Нас начались месячные.
• Другой было стыдно, страшно, она стеснялась, испугалась, когда у нее начались месячные
• Мы ненавидели те дни, когда у Нас были месячные, свое тело при этом, Мы ненавидели менструацию; мальчишек, которые, почему-то, абсолютно несправедливо лишены этого «удовольствия».
• Другая ненавидела те дни, когда у нее были месячные, свое тело при этом, Другая ненавидела менструацию; мальчишек, которые, почему-то, абсолютно несправедливо лишены этого «удовольствия».
• Мы плохо себя чувствовали во время менструации.
• Мы чувствовали боль, во время менструации.
• Нам рассказывали,Мы рассказывали, как пользовались, Мы сами пользовались, когда еще в стране не появились прокладки - ватой, тряпочками, которые мыли и использовали несколько раз.
• Другой рассказывали,Другая рассказывала, как пользовались, Другая сама пользовалась, когда еще в стране не появились прокладки - ватой, тряпочками, которые мыли и использовали несколько раз.
• Нам было стыдно, Мы боялись, что окружающие узнают, что у Нас месячные, увидят пятна крови на одежде.
• Другой было стыдно, Другая боялась, что окружающие узнают, что у нее месячные, увидят пятна крови на одежде.
• Мы испачкали одежду кровью, когда у Нас были месячные.
• Другая испачкала одежду кровью, когда у нее были месячные.
• Мы испачкали постельное белье менструальной кровью
• Мы испачкали постельное белье менструальной кровью, ночуя в гостях
• Другая испачкала постельное белье менструальной кровью
• Другая испачкала постельное белье менструальной кровью, ночуя в гостях
• Кто-то заметил, что Мы испачкали одежду кровью, когда у Нас были месячные.
• МЫ, Кто-то заметил, что Другая испачкала одежду кровью, когда у нее были месячные.
• Мы слышали, читали, как женщину во время менструации называют «нечистой».
• Другая слышала, читала, как женщину во время менструации называют «нечистой».
• Мы слышали, читали, что месячные – это наказание женщине за ее грехи.
• Другая слышала, читала, что месячные – это наказание женщине за ее грехи.
• Мы ненавидели то, что родились женщиной, когда у Нас начинались месячные.
• Другая ненавидела то, что родилась женщиной, когда у нее начинались месячные.
• У Нас нарушался менструальный цикл.
• У Другой нарушался менструальный цикл.
• У Нас была задержка.
• У Другой была задержка.
• Нам было стыдно, когда Мы слышали, читали, говорили о месячных.
• Другой было стыдно, когда она слышала, читала, говорила о месячных.
• Мы стеснялись говорить о женских проблемах, заболеваниях.
• Другая стеснялась говорить о женских проблемах, заболеваниях.
• Нас раздражало, злило, возмущало, вызвало другие негативные эмоции определение «женский»: женский стиль, женский характер, женская литература, женский склад ума, женская работа, женская доля, женские фантазии и т.д.
• Другую раздражало, злило, возмущало, вызвало другие негативные эмоции определение «женский»: женский стиль, женский характер, женская литература, женский склад ума, женская работа, женская доля, женские фантазии и т.д.
• В Нашей семье было не принято выражать чувства.
• В семье Другой было не принято выражать чувства.
• Несколько поколений женщин в Нашем роду претерпели столько страдания и страдание это было настолько безысходным, бесконечным, нормальным, обычным — все вокруг тоже страдали, — что эмоциональное отупение, бесчувственность стала основной защитой.
• Мы не могли получить у Нашей мамы, не могли научиться у Нашей мамы ощущению покоя и тепла, контакту с другим человеческим существом, умению улыбаться и настырно требовать внимания, доверию к миру. Каждая причина этого.
• Другая не могла получить у своей мамы, не могла научиться у своей мамы ощущению покоя и тепла, контакту с другим человеческим существом, умению улыбаться и настырно требовать внимания, доверию к миру.
• В Нас сидело яростное отрицание — "не буду жить так, как вы”.
• В Другой сидело яростное отрицание — "не буду жить так, как вы”.
• К Нам пришло прощение и принятие родителей, бабушки, дедушки,родных
• К Другой пришло прощение и принятие родителей, родных.
• Мы съедали себя, кого-то своими обидами на свою обделенность, потребностью укорять недоданным.
• Другая съедала себя, кого-то своими обидами на свою обделенность, потребностью укорять недоданным.
• В Нас сгорели, ушли обиды на свою обделенность, потребность укорять недоданным.
• В Другой сгорели, ушли обиды на свою обделенность, потребность укорять недоданным.
• В Нашем теле было заперто недочувствованное, мучительное переживание.
• В теле Другой было заперто недочувствованное, мучительное переживание.
• Нас слишком рано оторвали от родителей.
• Другую слишком рано оторвали от родителей.
• От военного, довоенного поколения предков Мы подсознательно вынесли: «с ребенком на руках далеко не убежишь, держи себя в руках, мало ли что, кто знает, какой приказ уже издали».
• Мы научились, привыкли относиться к себе— болит или не болит, кого это волнует?
• Другая научилась, привыкла относиться к себе— болит или не болит, кого это волнует?
• Мы не соответствовали ожиданиям родителей (недостаточно красивы, умны, успешны, кротки или решительны, энергичны или благодушны, не совсем таковы, как ожидалось.)
• Мы знали, слышали, говорили, что не соответствуем ожиданиям родителей
• Другая не соответствовала ожиданиям родителей.
• Другая знала, слышала, говорила, что не соответствует ожиданиям родителей.
• Наши родители, родные не хотели, не могли отказаться от своих фантазий-требований, фантазий-сравнений и принять Нас - своего реального ребенка.
• Родители, родные Другой не хотели, не могли отказаться от своих фантазий-требований, фантазий-сравнений и принять ее- своего реального ребенка.
• Мы не могли, не хотели отказаться от своих фантазий-требований, фантазий-сравнений и принять своего реального ребенка.
• Другая не могла, не хотела отказаться от своих фантазий-требований, фантазий-сравнений и принять своего реального ребенка.
• Наши отношения с матерью были связаны с виной и прощением, привязанностью и бунтом, сладостью и болью.
• Наши отношения с матерью сопровождали неизбежное сходство и яростное его отрицание, конкуренция, борьба, страх.
• У Нас в Наших отношениях с матерью была пронзительная потребность во внимании, в одобрении, ужас перед силой этой потребности.
• В Наших отношениях с матерью была любовь, порой проявляющая себя в убийственных, удушающих формах.
• Наши отношения с матерью были связаны с первым опытом подчинения власти, "превосходящим силам противника” — и первый же опыт своей власти над другим человеком.
• В Наших отношениях с матерью была ревность, невысказанные обиды, высказанные обиды.
• Мы звали маму, отца, если чего-то не понимали, были испуганы, не могли справиться.
• Другая звала маму, отца, если чего-то не понимала, была испугана, не могла справиться.
• В Нашем контакте с матерью становилось меньше ласки и больше замечаний, меньше воркования, забав, песенок и больше инструкций, поручений, "дела”.
• Мы поняли, осознали, приняли: как бы МЫ ни были испуганы или беспомощны, как бы ни нуждались в прикосновении, какой бы отчаянной ни была Наша тоска по ней, — все кончилось, мамочка не придет; не придет, даже если когда-то бросалась утешать и помогать по первому знаку.
• Наша любовь к матери изменилась и перестала быть основана на зависимости и нужде, страхе неодобрения или мечте о том, как она наконец "все поймет”.
• Для Нас перестала быть смертельной критика матери, ее похвала утратила свою сладость.
• МЫ поняли, приняли, что мама — всего лишь человек, такая же женщина, как МЫ; она может поддержать и помочь всего лишь как другой взрослый — и не больше.
• Мы не находили свою мать рядом, когда отчаянно в ней нуждались.
• Другая не находила свою мать рядом, когда отчаянно в ней нуждалась.
• Мы освободились от власти и авторитета мамы.
• Другая освободилась от власти и авторитета мамы.
• Мы отрицали свое сходство с матерью словом и делом.
• Другая отрицала свое сходство с матерью словом и делом.
• Мы пытались получить недоданное матерью у других людей — мужчин и женщин.
• Мы вынуждены были отдать, отдавали ребенка в детский сад или бабушке.
• Другая вынуждена была отдать, отдавала ребенка в детский сад или бабушке.
• Нас отдавали ребенком в детский сад или бабушке.
• Другую отдавали ребенком в детский сад или бабушке.
• Наши отношения с матерью были ненадежны, оборваны или запутаны.
• Мы невольно переносили опыт ненадежных, болезненных отношений с матерью, расставание с нею, ее предательство и свою реакцию на него в свою последующую жизнь и свои ожидания. Каждый этот перенос.
• Наши отношения с матерью мешали Нам создать основу для доверия, развить в себе убеждение в том, что в последующей жизни Мы сможем — и заслуженно — найти людей, небезразличных к Нашим потребностям.
• Ожидая, что Нас покинут, Мы висли на тех, кто Нам дорог: "Не покидай меня. Без тебя я ничто. Без тебя я умру”.
• Ожидая, что ее покинут, Другая висла на тех, кто ей дорог.
• Ожидая, что Нас предадут, Мы хватались за малейшие знаки, превращая их в улики: "Вот видишь, я так и знала, что тебе нельзя доверять”.
• Ожидая, что ее предадут, Другая хватались за малейшие знаки, превращая их в улики.
• Ожидая отказа, Мы предъявляли избыточные требования, заранее сердясь на то, что они не будут выполнены.
• Ожидая отказа, Другая предъявляла избыточные требования, заранее сердясь на то, что они не будут выполнены.
• Ожидая разочарования, Мы обеспечивали себе возможность разочароваться — рано или поздно.
• Ожидая разочарования, Другая обеспечивала себе возможность разочароваться — рано или поздно.
• Утраты раннего детства сделали Нас особенно чувствительными к утратам взрослой жизни. Каждая эта утрата.
• Утраты раннего детства сделали Другую особенно чувствительной к утратам взрослой жизни.
• Мы развивали стратегии защиты от боли утраты. Каждая эта стратегия.
• Эмоциональная отстраненность, отчуждение стали Нашей защитой от боли.
• Эмоциональная отстраненность, отчуждение стали защитой Другой от боли.
• Мы сделали вывод, согласились: любить и нуждаться в ком-то слишком больно.
• Другая сделала вывод, согласилась: любить и нуждаться в ком-то слишком больно.
• В отношениях МЫ ожидали и давали мало, стремились не вкладывать почти ничего, отстраниться, не вовлекаться, "окаменеть”.
• В отношениях Другая ожидала и давала мало, стремилась не вкладывать почти ничего, отстраниться, не вовлекаться, "окаменеть”.
• Защита от утраты приняла у Нас форму потребности заботиться о других.
• Защита от утраты приняла у Другой форму потребности заботиться о других.
• Вместо переживания боли Мы помогали тем, у кого болит.
• "Творя добро”, Мы идентифицировались с теми, о ком заботимся.
• "Творя добро”, Другая идентифицировалась с теми, о ком заботится.
• «Творя добро», Мы перерабатывали свое старое чувство беспомощности и ужаса от того, что "никто не придет и не поможет”.
• «Творя добро», Другая перерабатывала свое старое чувство беспомощности и ужаса от того, что "никто не придет и не поможет”.
• За стремлением к независимости Мы прятали страх утраты, боли.
• За стремлением к независимости Другая прятала страх утраты, боли.
• Мы претендовали на независимость.
• Мы учились, пытались не позволять Нашему выживанию зависеть от любви и внимания других.
• Другая претендовала на независимость.
• Другая училась, пыталась не позволять ее выживанию зависеть от любви и внимания других.
• Пытаясь исцелить рану от раннего разрыва с матерью, Мы искали осознанно, неосознанно в окружении «мать», которой становилась тетка, бабушка или старшая подруга, мужчина – муж, друг, любовник.
• Пытаясь исцелить рану от раннего разрыва с матерью, Другая искала осознанно, неосознанно в окружении «мать».
• Отец оказывался для Нас фигурой далекой, туманной, почти символической.
• Отец оказывался для Другой фигурой далекой, туманной, почти символической.
• "Отдельность” Нашего существования, принципиальное и непреодолимое одиночество казалось Нам концом света, катастрофой, причиняло сильную боль.
• Мы были не в состоянии вовремя уйти с бесперспективной работы, где только и есть, что привычное окружение.
• Другая была не в состоянии вовремя уйти с бесперспективной работы, где только и есть, что привычное окружение.
• Нас убивала наповал измена, уход, смерть (перспектива измены, ухода, смерти) друга, любовника, любимого, мужа.
• Другую убивала наповал измена, уход, смерть (перспектива измены, ухода, смерти) друга, любовника, любимого, мужа.
• Мы испытывали потребность, не осознавали глубину своей потребности, не понимали свою потребность, потакали своей потребности "забыться, закружиться, затеряться” вне своих личных границ.
• Другая испытывала потребность, не осознавала глубину своей потребности, не понимала свою потребность, потакала своей потребности "забыться, закружиться, затеряться” вне своих личных границ.
• Мы видели, слышали, говорили, сделали вывод, чувствовали, что "хороший” ребенок тот, которого не видно и не слышно, депрессивный.
• Кто-то видел, слышал, говорил, сделал вывод, чувствовал, что "хороший” ребенок тот, которого не видно и не слышно, депрессивный.
• Мы любили так, как Наша мать любила Нас, повсюду таскаем ее с собой, всю жизнь носим в себе недостаток материнской любви или ее избыток.
• Другая любила так, как мать любила ее, повсюду таскает ее с собой, всю жизнь носит в себе недостаток материнской любви или ее избыток.
• Нам было сложно признавать и принимать любовь, потому что Мы ничего о ней не знали.
• Нам было жалко выбрасывать старые вещи.
• Другой было жалко выбрасывать старые вещи.
• Мы испытывали тревогу по поводу бедности.
• Другая испытывала тревогу по поводу бедности.
• У Нас в семье было не принято, осуждалось, запрещалось выбрасывать "дельное”.
• У Другой в семье было не принято, осуждалось, запрещалось выбрасывать "дельное”.
• Мы не выбрасывали что-либо опасаясь, что потом обязательно пожалеем.
• Другая не выбрасывала что-либо опасаясь, что потом обязательно пожалеет.
• Мы старались все предусмотреть, проверить по два раза, держа лишнее, в голове.
• Другая старалась все предусмотреть, проверить по два раза, держа лишнее, в голове.
• Мы терялись при встрече с богатым выбором.
• Другая терялась при встрече с богатым выбором.
• Нам было страшно,стыдно признать свои желания. Все эти желания.
• Нам было страшно, стыдно удовлетворить свои желания. Все эти желания.
• Другой было страшно,стыдно признать свои желания.
• Другой было страшно, стыдно удовлетворить свои желания.
• Мы сопротивлялись своим желаниям. Все эти желания.
• Другая сопротивлялась своим желаниям.
• Мы скрывали (в том числе и от себя) свои желания. Все эти желания.
• Другая скрывала (в том числе и от себя) свои желания.
• Мы не могли определиться, Нам трудно было понять, как поступать. Каждая причина этого.
• Другая не могла определиться, ей трудно было понять, как поступать.
• Нас приучали к порядку.
• Другую приучали к порядку.
• Нас бесило, Мы не понимали, ЗАЧЕМ каждую субботу устраивать генеральную уборку с обязательным протиранием книг, доставанием сервизов, из которых никто и никогда не ест.
• Другую бесило, Другая не понимала, ЗАЧЕМ каждую субботу устраивать генеральную уборку с обязательным протиранием книг, доставанием сервизов, из которых никто и никогда не ест.
• Нам внушали, Мы говорили, слышали: "Пока не уберешь игрушки, никакого… (телевизора, мандарина, чтения на ночь или чего еще мы страстно желали в пять лет)”.
• Другой внушали, Другая говорила, слышала: "Пока не уберешь игрушки, никакого… (телевизора, мандарина, чтения на ночь или чего еще мы страстно желали в пять лет)”.
• Нас злило, возмущало, что мальчишкам еще прощаются гвозди с гайками в карманах и свалка в ранце, а Мы постоянно слышали: «Поправь. Одерни. Проверь. Не забудь. Подтяни. Где платок?»
• Другую злило, возмущало, что мальчишкам еще прощаются гвозди с гайками в карманах и свалка в ранце, а она постоянно слышала: «Поправь. Одерни. Проверь. Не забудь. Подтяни. Где платок?»
• Нам внушали, Мы говорили, слышали: "Как увидят твою комнату, никто замуж не возьмет”, "Вот погоди, будет у тебя свой дом, тогда узнаешь», «От такой грязнули муж сбежит на второй день».
• Другой внушали, Другая говорила, слышала: "Как увидят твою комнату, никто замуж не возьмет”, "Вот погоди, будет у тебя свой дом, тогда узнаешь», «От такой грязнули муж сбежит на второй день».
• Мы понимали, Нам внушали Наши женские обязанностей и Мы отчаянно сопротивлялись им.
• Другая понимала, ей внушали ее женские обязанностей и она отчаянно сопротивлялись им.
• Нас грызла совесть, Мы корили себя, из-за мусора вокруг, из-за того, что никак не разберем бардак и беспорядок в квартире, на столе, шкафу и т.д.
• Другую грызла совесть, Другая корила себя, из-за мусора вокруг, из-за того, что никак не разберет бардак и беспорядок в квартире, на столе, шкафу и т.д.
• Мы набирали побольше дел, ни одно из них особенно не любя и не выделяя как главное; запутывались в них, потеряв контроль над ситуацией и барахтаясь в текучке.
• Другая набирала побольше дел, ни одно из них особенно не любя и не выделяя как главное; запутывалась в них, потеряв контроль над ситуацией и барахтаясь в текучке.
• Мы угрызались по поводу недоделанного, хватались то за одно, то за другое.
• Другая угрызалась по поводу недоделанного, хваталась то за одно, то за другое.
• На фоне разумного, расчетливого распоряжения финансами Мы вдруг выкидывали какой-нибудь финт, делая совершенно сумасшедшую покупку.
• На фоне разумного, расчетливого распоряжения финансами Другая вдруг выкидывала какой-нибудь финт, делая совершенно сумасшедшую покупку.
• Мы осознанно, неосознанно создавали небольшую, несмертельную "аварийную ситуацию”, чтобы потом из нее выкручиваться. Каждая причина этого.
• Нам в какой-то момент становилось неинтересно, если в отношениях у Нас все "в порядке”, наперед известно и не сулило никаких неожиданностей.
• Другой в какой-то момент становилось неинтересно, если в отношениях у нее все "в порядке”, наперед известно и не сулило никаких неожиданностей.
• Мы испытывали сомнение в собственной материнской полноценности. Каждая причина этого.
• Другая испытывала сомнение в собственной материнской полноценности.
• Нам казалось, что Наша способность контролировать все поступки, мысли и чувства ребенка безгранична, — а стало быть, безгранична и ответственность.
• Другой казалось, что ее способность контролировать все поступки, мысли и чувства ребенка безгранична, — а стало быть, безгранична и ответственность.
• Нашей матери казалось, что ее способность контролировать все Наши поступки, мысли и чувства безгранична, — а стало быть, безгранична и ответственность.
• В ответ на: "Нету там никого, закрой глаза и спи!”, Мы послушно закрывали глаза, получив важный урок: мама не знает, что делать с Нашим страхом, она сердится — значит, есть за что.
• В ответ на: "Нету там никого, закрой глаза и спи!”, Другая послушно закрывала глаза, получив важный урок: мама не знает, что делать с ее страхом, она сердится — значит, есть за что.
• Нам было позволено переживать Нашу утрату.
• Нам было не позволено переживать Нашу утрату. Каждая эта утрата.
• Наши родители вместо того, чтобы принимать Наши эмоции, ждали, что Мы удовлетворим их эмоциональные потребности.
• Родители Другой вместо того, чтобы принимать ее эмоции, ждали, что она удовлетворит их эмоциональные потребности.
• Наши желания противоречили желаниям родителей.
• Желания Другой противоречили желаниям ее родителей.
• Родители считали, называли Нас "избалованная, эгоистка, упрямая”.
• Родители Другой считали, называли ее "избалованная, эгоистка, упрямая”.
• Желая держаться за своих родителей, Мы научились давать, давали родителям то, что им нужно, жертвовали своими желаниями и отступались от себя.
• Желая держаться за своих родителей, Другая научилась давать, давала родителям то, что им нужно, жертвовала своими желаниями и отступалась от себя.
• У Наших родителей была потребность, они выражали потребность в "хорошем ребенке”, который любит их, восхищается ими.
• У родителей Другой была потребность, они выражали потребность в "хорошем ребенке”, который любит их, восхищается ими.
• Мы играли роль «хорошей девочки», чтобы удержать внимание родителей.
• Другая играла роль «хорошей девочки», чтобы удержать внимание родителей.
• Мы отказывались не только понимать, но даже и регистрировать свои собственные чувства.
• Другая отказывалась не только понимать, но даже и регистрировать свои собственные чувства.
• Мы слышали, говорили: "Каким тоном ты со мной говоришь!”.
• Другая слышала, говорила: "Каким тоном ты со мной говоришь!”.
• Наши родители искали в Нас то, что в свое время их родители им недодали: того, кто им предан, принимает их всерьез, восхищается ими и ловит каждую их реакцию.
• Родители Другой искали в ней то, что в свое время их родители им недодали.
• Потребность доказать что-то своей матери, добиться у нее признания, увидеть другое выражение лица стало для Нас почти навязчивой идеей.
• Потребность доказать что-то своей матери, добиться у нее признания, увидеть другое выражение лица стало для Другой почти навязчивой идеей.
• В ответ на все Наши достижения Наша мать говорила: «ну что ж, неплохо», «могла бы и лучше», «нормально», «и это все?».
• Наша мать игнорировала Наши достижения.
• Мать Другой игнорировала ее достижения.
• Наша мать сравнивала Наши достижения с чьими-то.
• Мать Другой сравнивала ее достижения с чьими-то.
• Наша мать обесценивала Наши достижения.
• Мы считали, читали, слышали, говорили, согласились, не согласились, что мерка -"настоящая женщина” - придумана для того, чтобы Нас "построить” и лишить уверенности в себе, права на поиски собственного пути и ощущения ценности своего истинного "Я”.
• Мы панически боялись старения, морщин.
• Другая панически боялась старения, морщин.
• Мы скрывали свой возраст.
• Другая скрывала свой возраст.
• МЫ не хотели, боялись, избегали брака, считая, что приняв решение выйти замуж, совершая его, Мы убиваем все другие возможности, все другие свои лица и роли: полная определенность равняется полной безнадежности, все уже случилось и остается лишь принимать последствия случившегося.
• Другая не хотела, боялась, избегала брака, считая, что приняв решение выйти замуж, совершая его, она убивает все другие возможности, все другие свои лица и роли: полная определенность равняется полной безнадежности, все уже случилось и остается лишь принимать последствия случившегося.
• Кризис вызывал у Нас сомнения относительно привычных ценностей и целей.
• Кризис вызывал у Другой сомнения относительно привычных ценностей и целей.
• Для Нас старение означало уязвимость.
• Для Другой старение означало уязвимость.
• Смутный страх унижения (куда тебе теперь, тетка?) заставлял Нас "забирать свои ставки из игры” задолго до того, как "игра” заканчивается.
• Смутный страх унижения (куда тебе теперь, тетка?) заставлял Другую "забирать свои ставки из игры” задолго до того, как "игра” заканчивается.
• Наши фантазии- беспокойство о социальном унижении были связаны с фантазиями об отвергнутой, неадекватной сексуальности.
• Думая, боясь старости, Мы сожалели не о несбывшихся надеждах, а о смелости надеяться снова и снова, когда "у нас в запасе вечность”.
• В приходе старости Нас пугал, угнетал конец мечтам-надеждам: вот начнется что-то новое, вот удивлю саму себя и всех вокруг…, и выбора этого, казалось, навалом;
• В приходе старости Нас пугала, угнетала, давило осознание, что в настоящей, случившейся и состоявшейся жизни он – выбор -только тот, который был: как сделан, так и сделан, другого не будет.
• Глядя на старение и упадок отца,матери, Мы осознали, что скоро Нам предстоит утратить их, они уйдут; и настанет Наша очередь.
• Нам очень хотелось продолжать жить как раньше, но все уже было не так.
• Мы задумывались: а надо ли мне все это?
• В Нас как будто завод заканчивался.
• В Другой как будто завод заканчивался.
• Нас поддерживала мысль, что за перевалом будет спуск, еще рывок — и немножко расслабимся.
• Другую поддерживала мысль, что за перевалом будет спуск, еще рывок — и немножко расслабимся.
• Мы не осознавали, не видели свои потребности и проблемы потому, что они слишком привычны, Мы их как бы "слишком знаем”. Все эти потребности, проблемы.
• Мы столкнулись с темой "окончательного взросления”.
• Другая столкнулась с темой "окончательного взросления”.
• Мы держались, не отпускали свои надежды, свои иллюзии — на собственный счет, насчет других людей, отношений, насчет мира вообще. Все Наши надежды и иллюзии.
• Другая держалась, не отпускала свои надежды, свои иллюзии — на собственный счет, насчет других людей, отношений, насчет мира вообще.
• Мы осознанно, неосознанно надеялись, что папа и мама поймут, как они были неправы, и наконец скажут, какая я молодец, как они мной гордятся, и даже попросят прощения за все несправедливые замечания.
• Другая осознанно, неосознанно надеялась, что папа и мама поймут, как они были неправы, и наконец скажут, какая она молодец, как они ею гордятся, и даже попросят прощения за все несправедливые замечания.
• МЫ осознали, приняли, что никогда не услышим от родителей, какая я молодец, как они мной гордятся, и они никогда не попросят прощения за все несправедливые замечания.
• Другая осознала, приняла, что никогда не услышит от родителей, какая она молодец, как они ею гордятся, и они никогда не попросят прощения за все несправедливые замечания.
• Мы надеялись, мечтали о невероятной, исключительной любви, вот появится удивительный, потрясающий мужчина — и все остальное станет неважным.
• Мы расстались с надеждой-иллюзией, что в Нашей жизни вдруг появится удивительный, потрясающий мужчина- «принц-спаситель», — и все остальное станет неважным.
• Другая надеялась, мечтала о невероятной, исключительной любви, вот появится удивительный, потрясающий мужчина — и все остальное станет неважным.
• Другая рассталась с надеждой-иллюзией, что в ее жизни вдруг появится удивительный, потрясающий мужчина- «принц-спаситель», — и все остальное станет неважным.
• Мы расставались, пытались расстаться, расстались со своими надеждами и иллюзиями.
• Другая расставалась, пыталась расстаться, рассталась со своими надеждами и иллюзиями.
• МЫ поддерживали разговор с мужчиной на неинтересную Нам тему, потому что она была интересна ему.
• Другая поддерживала разговор с мужчиной на неинтересную ей тему, потому что она была интересна ему.
• У Нас было ощущение, что все кончено.
• Мы думали, чувствовали, говорили, слышали, что все пропало, вся жизнь насмарку.
• Другая говорила, слышала, что все пропало, вся жизнь насмарку.
• МЫ предъявляли претензии окружающим людям просто за то, что они становятся не такими, как раньше.
• Другая предъявляла претензии окружающим людям просто за то, что они становятся не такими, как раньше.
• Мы тяжело переживали завершение, разрушение, трансформацию чего-то
• Другая тяжело переживала завершение, разрушение, трансформацию чего-то
• Мы переживали разрыв отношений. Каждый этот разрыв.
• Другая переживала разрыв отношений.
• Мы переживали какую-то утрату. Каждая Наша утрата.
• Другая переживала какую-то утрату.
• Мы переживали чью-то смерть. Каждая эта смерть.
• Другая переживала чью-то смерть.
• Мы переживали расставание с кем-то, чем-то. Каждое это расставание.
• Другая переживала расставание с кем-то, чем-то.
• Мы наблюдали за угасанием.
• Другая наблюдала за угасанием.
• Мы взяли на себя ответственность.
• Другая взяла на себя ответственность.
• Мы страшились потери красоты, здоровья, сил.
• Другая страшилась потери красоты, здоровья, сил.
• Мы боялись физической беспомощности и зависимости старости от других людей.
• Другая боялась физической беспомощности и зависимости старости от других людей.
• Мы боялись "быть в тягость” в старости.
• Другая боялась "быть в тягость” в старости.
• Нас восхищали в пожилых людях стойкость в борьбе с подступающей дряхлостью, шуточки и издевки по поводу собственных болячек.
• Наше существование, самооценка, смысл и ценность Нашей жизни определялся тем, насколько Мы любима, желанна, нужна.
• Существование, самооценка Другой, смысл и ценность ее жизни определялся тем, насколько она любима, желанна, нужна.
• Мы пытались самоутвердиться в любовной игре.
• Другая пыталась самоутвердиться в любовной игре.
• Для Нас существовать означало существовать "на тему мужчины”.
• Для Другой существовать означало существовать "на тему мужчины”.
• Мы желали полного единства тел, душ, мыслей с Другим.
• Другая желала полного единства тел, душ, мыслей с кем-то.
• Расставшись с мужчиной, Мы решили, что все дело только в том, что это не тот мужчина.
• Расставшись с мужчиной, Другая решила, что все дело только в том, что это не тот мужчина.
• Мы принимали решение больше в серьезные отношения с мужчинами не вступать.
• Другая принимала решение больше в серьезные отношения с мужчинами не вступать
• Мы принимали решение не заводить кратковременных романов, не начинать отношений, которые никуда не приведут.
• Другая принимала решение не заводить кратковременных романов, не начинать отношений, которые никуда не приведут.
• Мы забывали о том, сколько Нам лет, как Мы выглядим, как себя чувствуем.
• Другая забывала о том, сколько ей лет, как она выглядит, как себя чувствует.
• Мы с подругой «говорили ни о чем».
• Другая с подругой «говорила ни о чем».
• Другого раздражали Наши "разговоры ни о чем».
• Контакт Нам был важнее содержания, процесс общения важнее выводов.
• Контакт для Другой был важнее содержания, процесс общения важнее выводов.
• Мы искали возможность ощутить, Мы наслаждались ощущением себя частью чего-то большего, чем Мы сама.
• Другая искала возможность ощутить, Другая наслаждалась ощущением себя частью чего-то большего, чем она сама.
• Становясь частью чего-то большего, растворяясь в этом "большем”, МЫ утрачивали границы собственной личности.
• Становясь частью чего-то большего, растворяясь в этом "большем”, Другая утрачивала границы собственной личности.
• Мы искали возможность выражать, Мы наслаждались выражая свой опыт словами.
• Другая искала возможность выражать, Другая наслаждалась выражая свой опыт словами.
• Мы поняли, пережили разницу между "быть рядом” и "слипнуться в ком”.
• Мы осознали, приняли, узнали, пережили, что можно быть вместе, и это не грозит потерей себя; и можно быть отдельно, и это не означает, что тебя никто не любит.
• Другая приняла, узнала, пережила, что можно быть вместе, и это не грозит потерей себя; и можно быть отдельно, и это не означает, что тебя никто не любит.
• Мы прочувствовали, осознали, приняли, пережили, что «в одиночестве приходим, в одиночестве уйдем.»
• То, что вчера было важно и составляло смысл Нашей жизни, перестало быть таким важным для Нас.
• То, что вчера было важно и составляло смысл ее жизни, перестало быть таким важным для Другой.
• Мы завершали старый цикл.
• Мы входили в новый цикл.
• Другая завершала старый цикл.
• Другая входила в новый цикл.
• Мы находились "на пределе”.
• Другая находилась "на пределе”.
• Мы старались "держаться” и сохранять оптимизм.
• Другая старалась "держаться” и сохранять оптимизм.
• Мы делали что-то буквально из последних сил.
• Другая делала что-то буквально из последних сил.
• Мы испытывали постоянное ощущение несправедливости происходящего вокруг.
• Другая испытывала постоянное ощущение несправедливости происходящего вокруг.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что так дальше жить нельзя.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что так дальше жить нельзя.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что Мы не в состоянии повлиять на происходящее вокруг.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что она не в состоянии повлиять на происходящее вокруг.
• Мы считали, читали, видели, слышали, говорили, согласились, не согласились, что никого не волнует, что с Нами происходит.
• Другая считала, читала, видела, слышала, говорила, согласилась, не согласилась, что никого не волнует, что с ней происходит.
• Мы не ждали справедливости, а просто делали для себя все, что можно.
• Другая не ждала справедливости, а просто делала для себя все, что можно.
• Мы меняли окружение, если оно мешало развитию, искать и находить поддержку и понимание.
• Другая меняла окружение, если оно мешало развитию, искать и находить поддержку и понимание.
• Мы подвергали сомнению стандартные сценарии женской жизни.
• Другая подвергала сомнению стандартные сценарии женской жизни.
• Мы делали что-то исключительно для души и искали тех, с кем можно этот опыт разделить.
• Другая делала что-то исключительно для души и искала тех, с кем можно этот опыт разделить.
• Мы искали, нашли возможность говорить "своим голосом и о том, что важно для Нас”.
• Другая искала, нашла возможность говорить "своим голосом и о том, что важно для нее”. 
+2
23:02
620
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...