Любовь и зависимость 3

Аспекты
Время чтения:
40 мин.
ВЫ ВОШЛИ КАК ГОСТЬ! АВТОРИЗИРУЙТЕСЬ ИЛИ ЗАРЕГИСТРИРУЙТЕСЬ, ЧТОБЫ ПОДКЛЮЧИТЬ ШАБЛОН
  • Правила, которые НАМ давали, которым НАС учили, были полностью внешними для НАС 
  • МЫ не обладали, не получали никаких надёжных оценочных критериев 
  • МЫ не могли узнать, уяснить, понять своё реальное отношение к вещам 
  • Время от времени МЫ пытались делать что-нибудь другое, отличное от привычного НАМ, необычное, новое 
  • МЫ продолжали организовывать свою жизнь вокруг того, что было НАМ известно 
  • МЫ были, ощущали себя подотчетными родителям и преподавателям в способах проведения свободного времени 
  • У НАС не было/были/МЫ хотели иметь/не хотели иметь/пытались заиметь захватывающие интересы в жизни, свою философию 
  • МЫ заимствовали у кого-либо, присоединялись к чьим-либо захватывающим интересам, философии 
  • НАШЕ преображение, изменение было, оказывалось простой заменой одной внешней структуры на другую 
  • МЫ переходили от семьи и школы/института к романтико-интеллектуальной увлеченности кем-либо 
  • МЫ формировались своим непосредственным окружением, независимо от того, действительно ли МЫ первоначально сами его выбрали 
  • МЫ испытывали, в воздухе НАШЕЙ жизни/жизни общества, в котором МЫ жили, было трудно уловимое ощущение дрейфа — допущение, что множество критически важных вещей находится вне зоны НАШЕГО/человеческого контроля 
  • Большинство людей / МЫ не приспособлены, чтобы комфортно жить в экзистенциальном вакууме, где они / МЫ должны созидать свои собственные ценности и смыслы 
  • Люди всегда находили, что легче строить свое эго, исходя из чего-то большего — Бога, страны, социального положения или семьи 
  • НАС не обеспечили при рождении жизнеспособными версиями констант чего-то большего, чем МЫ, на основании которых МЫ могли бы построить своё эго 
  • МЫ должны были искать некую самодельную достоверность, чтобы зацепиться за нее 
  • аддикция — проявление потребности во внешней структуре 
  • НАША уязвимость для аддикции - это не просто последствие отказа от убеждений, которые МЫ больше не можем принимать всерьез, и от социальной регуляции, которую МЫ больше не желаем выносить 
  • МЫ теряли внутреннюю уверенность в себе, которая обеспечивалась контактом с повседневной жизнью 
  • НАС захлёстывала неопределённость ситуации 
  • МЫ боролись с, противостояли захлёстыванию неопределённостью ситуации 
  • МЫ оказывались плохо подготовленными к взаимодействию со множеством вещей, которые составляли НАШУ среду и НАШЕ общество 
  • МЫ были/чувствовали себя отделенными от физической реальности абстрактной технологией 
  • НАША манипуляция учреждениями часто ограничивается теми хитростями, с помощью которых МЫ можем получить для себя некие выгоды: приобретение связей, достижение хорошего положения, извлечение бюрократической пользы, толкование закона в своих интересах. 
  • НАША позиция по отношению к учреждениям пассивна, МЫ не пробуем как-либо воздействовать на само учреждение. Его правила, процедуры и цели рассматриваются как нечто полностью неизменное 
  • Неспособные самоутвердиться на фоне доминирующего влияния учреждений на НАШУ жизнь, МЫ приходили к тому, что еще сильнее чувствовали свое базовое бессилие 
  • НАМ трудно/невозможно было вообразить себя главной движущей силой чего-либо 
  • Мы не знали или не верили, что можем знать, как сделать что-нибудь оригинальное 
  • Нигде вокруг себя МЫ не могли найти образца самоуправляемой активности и созидания 
  • Эксперты — люди, обособленные от мира — создают сооружения, искусство и технику для остальной части населения, и МЫ чувствовали, что бесполезно и глупо надеяться поучаствовать в этих свершениях/МЫ неспособны поучаствовать/у НАС нет, не хватает способностей, специальных знаний, умений 
  • МЫ были отчуждены от творчества, творческого труда 
  • Творчество МЫ воспринимали как труд, работу 
  • МЫ не могли найти/представить себе работу, с которой бы могли себя как-то идентифицировать 
  • МЫ, осознанно или неосознанно, изолировали себя от жизненного опыта/от определённых сторон, событий, происшествий жизненного опыта 
  • лучшие противоядия от аддикции — радость и компетентность; радость — как способность получать удовольствие от доступных для НАС людей, вещей и действий; компетентность — как способность управлять важной для НАС частью окружающей среды и уверенность в том, что НАШИ действия важны для НАС самих и для других людей 
  • у НАС появлялось, присутствовало в подавленной, вытесняемой форме желание от себя убежать 
  • МЫ признавали/не признавали/отрицали/подавляли в себе желание от себя убежать 
  • Поиск решений вовне – аддиктивные решения 
  • Источники аддикции могут быть найдены в НАШИХ занятиях и других искусственных привязанностях 
  • Искусственные привязанности заменяли НАМ физические и эмоциональные связи, оставленные НАМИ 
  • МЫ думали о школе не с точки зрения того, чему МЫ там учились, а имея в виду утешение, которое приносит принадлежность к учреждению и получение его одобрения 
  • МЫ приравнивали образование к обучению в школе/ВУЗе/каком-то учреждении/вовне 
  • Школа порождает неуверенность, оставляя людей в сомнениях относительно того, что такое реальный опыт. 
  • Студенты должны направлять свое внимание на установленные требования школы, а не на смысл и полезность того, чему их учат. Они больше зависят от формального свидетельства компетентности в системе, чем от практической компетентности в решении актуальных проблем. Людей не просят показать то, что они могут делать, а только то, что они сделали в искусственных условиях школы. 
  • Если МЫ поначалу проявляли некоторую активность в обучении в силу своей естественной склонности, а затем инструктировались и вознаграждались за нее же преподавателем, МЫ прекращали делать это, как только преподаватель, а также внешняя структура и одобрение, обеспечиваемые им, исчезали 
  • У НАС не возникало желания, стремления, возникало внутреннее сопротивление, ощущение бессмысленности, ненужности изучать что-либо, интересоваться чем-либо, если никто, ничто извне не приободряли, не вели, не поощряли НАС, не контролировали, не ставили, не определяли рамки, границы, направление НАШЕГО обучения, интереса 
  • Дети знают только то, что они учатся, потому что школа, родители и все остальные говорят, что они должны это делать 
  • НАШИХ родителей не заботило, читали ли МЫ книгу, не относящуюся к школе, придумывали оригинальную идею или продумывали что-то для себя 
  • Отметки и степени — это единственные признаки деятельности, которые родители и предполагаемые работодатели — и таким образом, сами студенты — могут распознать 
  • Важность этих оценок подтверждается школой и ее преподавательским составом, который заинтересован в том, чтобы оправдать свою работу 
  • Такое давление создает несоразмерное беспокойство об оценках, которые получают студенты 
  • Тревога и неуверенность в себе — естественные побочные продукты системы, в которой успех рассматривается как ключевой показатель, и все же ощущается как нечто, находящееся вне контроля индивида 
  • В отсутствие реальной или самостоятельно обретаемой награды, студент целиком отдан на милость одного старшего человека — преподавателя — в деле оценки своих способностей 
  • МЫ в школе, ВУЗе были озабочены тем, как дать правильный ответ (ответ, который одобрит преподаватель) вне зависимости от того, как это будет достигнуто 
  • МЫ смотрели на учителя, ища намеков на то, что говорить, вместо того, чтобы продумывать подходящий ответ или ответ, который отражает НАШЕ собственное понимание вопроса 
  • НАШУ привычку полагаться на авторитет, не доверять себе – многократно подкрепляли 
  • МЫ теряли, утрачивали способность оформить мысль 
  • МЫ думали, что это никому не надо – тогда зачем МЫ будем напрягаться, что-то для этого, в этом направлении делать 
  • МЫ признавали/НАС заставляли признать/МЫ не признавали/отрицали важность экспертного мнения 
  • НАС приучили признавать важность экспертного мнения 
  • По мере того, как МЫ продолжали учиться в школе, каждый год встречаясь с новыми преподавателями, НАШ интеллект должен был стать достаточно податливым, чтобы охватить все различные стили чужого мышления, с которыми МЫ сталкивались 
  • В результате МЫ не развивали/гордились, были довольны, считали, что хорошо, что не развили - мыслительных привычек, которые порождают внутренние интеллектуальные стандарты и делают возможной критическую оценку ситуации 
  • МЫ не были способны увидеть, что представление материала плохим лектором было запутанным или неточным. Вместо этого, МЫ задавались тревожным вопросом: что не так с НАМИ, если МЫ не можем следовать за тем, что он говорит? 
  • МЫ смотрели на годы обучения и полученные степени и награды как на признаки того, стоит ли слушать другого человека. И, кроме того, МЫ полагались на внешнюю верификацию/подтверждение истинности своего собственного мнения 
  • МЫ приписывали неадекватность скорее себе, чем ситуации/скорее себе, чем другому 
  • МЫ имитировали бурную деятельность вместо добросовестной работы 
  • МЫ видели, как кто-либо/все вокруг имитировали бурную деятельность вместо добросовестной работы 
  • Для НАС ВУЗ был продолжением детства; МЫ были рады продлевать свою защитную зависимость от учреждения, которое не требовало от НАС ничего ощутимого или материального 
  • По окончании ВУЗа МЫ оказывались лучше всего/единственно подготовлены к занятию узких организационных позиций, которые общество для НАС приготовило 
  • МЫ после окончания ВУЗа выбирали путь в аспирантуру или в профессиональные школы, чтобы получить дополнительные сертификаты. Это гарантировало НАМ непрерывный поток позитивного подкрепления за то, что МЫ делали лучше всего: за сидение в классах, ведение конспектов, запоминание информации и следование инструкциям 
  • НАС спрашивали «Разве ты не хочешь / не собираешься учиться дальше?» 
  • МЫ воспринимали этот вопрос как предполагающий обязательный, естественный ответ «конечно хочу /собираюсь» 
  • МЫ не знали ничего лучшего, более НАМ подходящего, менее для НАС напрягающего, чем сидеть в классах, имитировать обучение, запоминать информацию, следовать инструкциям, ничего самим не делать, слушать, пассивно воспринимать ненужные НАМ знания, надеясь, что МЫ ошибаемся, чего-то не понимаем, и эти знания обязательно, непременно НАМ пригодятся, понадобятся 
  • МЫ смотрели по сторонам и обнаруживали, что общество НАМ говорит, что МЫ ещё ни для чего, ни для какой деятельности не готовы, МЫ ещё сами ничего сделать, дать обществу, сделать для общества, выдать какой-то результат, продукт не можем 
  • МЫ обнаруживали, что должны быть стары, чтобы быть, стать, считаться компетентными, что МЫ что-то реально можем, знаем, способны сделать, дать, произвести, создать 
  • МЫ соглашались/вынуждены были согласиться под давлением количества подтверждающих это случаев, что МЫ действительно ещё не выросли, не научились, не можем, только с возрастом, став старше, старее, МЫ станем компетентными, способными, сможем делать, давать, создавать, производить 
  • МЫ боялись, что с возрастом, становясь старше, старее, наоборот, НАША энергия улетучится, НАМ не будет хватать энергии, чтобы что-то делать, создавать, созидать, производить 
  • МЫ усвоили, что те, кто считаются в НАШЕМ обществе мастерами, знающими, мудрыми, способны, могут сделать, - это старые люди /люди всегда старше НАС, а если такие люди молоды, младше НАС, НАШИ ровесники – то это вундеркинды, одарённые от природы, это неестественно, случайно, счастливое везение, не норма 
  • У НАС была аддикция к формальному образованию 
  • МЫ не могли себя определить, считать реальными без получения формального образования, без прохождения обучения формально, во внешних учреждениях 
  • Самообразованный или умелый от природы человек не ценился в НАШЕМ обществе 
  • МЫ не хотели, избегали иметь, открывать, признавать в себе самообразование, умения от природы 
  • МЫ стеснялись, испытывали неловкость, дискомфорт, стыд, вину, неприятные чувства, ощущения, эмоции, занимали оборонительную, агрессивную позицию, если НАМ приходилось говорить, что МЫ чему-то научились сами, умеем что-то от природы, а нигде этому не обучались 
  • МЫ ожидали, были настроены, получали подтверждения, что НАС непременно отвергнут, не воспримут всерьёз, посмеются над НАШИМИ умениями, если МЫ скажем, что не учились этому специально, где-то, признаваясь тем самым, что никто не оценивал НАШИ знания, способности кроме НАС самих, что научились этому сами или умеем от природы 
  • Люди, которые умеют от природы или научились сами, воспринимались в НАШЕМ обществе/НАМИ как дилетанты 
  • МЫ ожидали, были настроены, что к НАС отнесутся как к дилетантам, самоуверенным, если МЫ признаемся, что научились чему-то сами или умеем от природы 
  • МЫ цеплялись за школу/ВУЗ, как за тот единственный мир, в котором МЫ чувствовали себя комфортно 
  • НАШЕ отношение к медицине — наиболее удивительный пример ложной уверенности общества во внешней экспертизе. Отказ от управления своим физическим Я напрямую затрагивал НАШУ психологическую силу и уверенность в себе 
  • Регуляция телесных функций — не точная технология, но что-то гораздо более тонкое 
  • МЫ вылечивали что-то у себя с помощью методов, которые не оказывали никакого прямого воздействия на тело 
  • МЫ верили в непогрешимость и всеведение медицины 
  • Сохранение здоровья означает внутреннее знание того, что человеческому организму нужно для взаимодействия с окружающей средой и с требованиями жизни. Когда отсутствует понятие о соответствующем поведении, человек становится подвержен вредным привычкам, сводящимся к излишествам или дефицитам 
  • НАМ было трудно определить, когда МЫ голодны, и, таким образом, когда МЫ должны поесть. Вместо этого, МЫ реагировали на внешние стимулы — такие, как время дня и близость стола — сообщающие НАМ, как себя вести 
  • НАШУ собственную способность побороть мелкие физические недомогания НАШИ родители, доктора не принимали всерьёз, такую НАШУ способность высмеивали, не доверяли ей, не придавали ей значения, вообще не обращали на неё внимания 
  • НАС научили также не относиться серьёзно, не доверять НАШЕЙ естественной способности побороть мелкие физические недомогания за счёт своих ресурсов 
  • медицина заставляла НАС думать, что ответы о НАШЕМ здоровье, лечении есть только у нее 
  • МЫ злоупотребляли докторами, лекарствами, давали им слишком большую власть над собой 
  • МЫ были отделены, обособлены от ритмов своего тела 
  • МЫ с кем-либо считали себя близкими людьми, но не могли иметь дела друг с другом в трудный момент жизни одного из нас 
  • МЫ предпочитали дать другому денег, что-то, когда он нуждался, хотел с НАМИ поговорить 
  • НАМ не хотелось тратить времени, сил, энергии на другого человека 
  • человек должен иметь регулярную возможность выражать свои чувства людям, находящимся рядом 
  • Превалирующая форма психологической уязвимости - отсутствие надежного ощущения личного контроля 
  • МЫ неопределённо полагались на кого-либо/что-либо 
  • НАША потребность в эмоциональной поддержке была неутолима 
  • МЫ бессознательно поощряли свою зависимость от кого-то, чего-то 
  • МЫ бессознательно поощряли чью-то зависимость от НАС 
  • Страх неизвестности и нежелание отказываться от надежных источников подпитки — это составные части аддикции 
  • НАША энергия отводилась НАМИ сознательно или неосознанно от проблем реальной жизни и реальных отношений 
  • МЫ искали социально одобряемые пути получения указаний от авторитетного мужчины 
  • МЫ искали таких отношений, в которых бы могли иметь преимущества устойчивых отношений с мужчиной без того, чтобы сталкиваться с нормальными требованиями таких отношений 
  • МЫ искали отношений, в которых могли бы регулярно высказывать свои жалобы человеку (не на данного человека), получая отзывчивость и минимальные требования 
  • люди, верящие во власть лекарств над собой, также, охотно принимают руководство авторитетных институций — например, больниц и церквей 
  • МЫ ожидали, что независимо ни от чего, любая медицинская консультация закончится/должна закончиться выпиской рецепта 
  • МЫ были уверены, что НАС лечат, только если НАМ прописывали, выписывали рецепт/лекарство 
  • доктора с большей готовностью прописывают лекарства женщинам, чем мужчинам 
  • Прописывание лекарств является основанием для медицинской профессиональной самооценки 
  • Реклама автомобилей, одежды и сигарет часто бывает именно такого типа, она изображает владельца продукта полностью изменившимся человеком по сравнению с тем, каким он был обычно (или тем, какими МЫ себя знали); покупатель становится уверенным в себе, притягательным для противоположного пола и способным выйти за пределы маленького мирка, частью которого он является 
  • Реклама подчёркивала НАШУ неполноценность, что НАМ чего-то недостаёт, не хватает 
  • Реклама, которую МЫ воспринимали, сосредоточивалась на неуверенности, которую МЫ испытывали. Чувствительные области, подобные желанию человека быть принятым другими, эксплуатировались в рекламе путем изображения социальных бедствий, происходящих из-за грязной одежды или дома, перхоти или несвежего дыхания. Людям/НАМ регулярно напоминали, что они/МЫ не могут считать желаемое само собой разумеющимся, что они/МЫ должны быть постоянно начеку против тех человеческих слабостей, которые могли бы побудить других людей отвернуться от них/от НАС 
  • МЫ панически боялись, что МЫ чего-то не учли, упустили – и НАС не примут, отвергнут, осмеют, отвернутся от НАС, бросят НАС – и МЫ же будем в этом виноваты, потому что МЫ не учли такую вероятность, возможность 
  • МЫ стремились уменьшить своё беспокойство о впечатлении, которое производим на других 
  • МЫ делали что-либо, чтобы уменьшить своё беспокойство о впечатлении, которое производим на других 
  • У человека, который ощущает свою неполноценность, реклама вызывает импульс искать в некоем снотворном или примочке, в одежде или в автомобиле дополнительное достоинство человеческого существа 
  • Владение продуктом или использование его становится вознаграждением, поскольку снижает тревожность человека и искусственно поддерживает его позитивное представление о себе. 
  • Сам процесс покупки может быть утешением, как временный способ облегчения сложных чувств к самому себе 
  • МЫ накапливали, покупали, набирали что-либо, чтобы потом избавиться от этого, сдать это обратно, удалить это, а затем принимались за этот процесс снова, по кругу 
  • Мы боялись, что этот процесс закончится и НАМ нечем будет заняться, развлечь себя 
  • Сталкиваясь с межличностными проблемами, впадая в плохое, дискомфортное эмо, физическое, ментальное, энергетическое состояние, МЫ стремились, кидались купить, приобрести что-то, внедрить, вобрать что-то ощутимое, вещественное в себя, обогатить себя знаниями, информацией, впечатлениями, переживаниями, воспоминаниями на потом, чтобы не ощущать, не чувствовать, не было повода думать, что МЫ зря, напрасно проводим время, тратим время зазря в этот неблагоприятный, дискомфортный для НАС период 
  • МЫ хотели, были одержимы идеей получать пользу, что-то ощутимое, осязаемое, на потом, на будущее в любой ситуации, в т.ч. в ситуации эмо, энергетического, физического, ментального ослабления, когда МЫ «не в форме», в дискомфортном эмо, ментальном, физ, энергетическом состоянии 
  • МЫ пытались себя отвлечь от дискомфортного состояния, от погружения, испытывания эмоций, чувств, думания мыслей по поводу своих проблем – покупками, приобретением, собиранием чего-то осязаемого, ощутимого, на потом, на будущее 
  • МЫ придерживались, пытались воплотить, следовать принципу «ни минуты зазря», «ни минуты без того, чтобы чем-то, как-то обогатить себя, вобрать, получить что-то новое, на потом, на будущее» 
  • МЫ считали, что если не можем получить, испытать, понять, увидеть, почувствовать, признать пользу от чего-то сейчас, то всё равно соберём, приберём это к рукам, потом оценим, поймём, что это было полезно для НАС, нужно НАМ 
  • Аддикция имеет место в том случае, если переживание является достаточно безопасным, предсказуемым и повторяющимся, чтобы служить защитой сознания человека, предоставляя ему всегда доступную возможность для бегства и утешения 
  • Однажды погрузившись в такое переживание, человек теряет доступ к другим людям, вещам и стремлениям и, таким образом, еще сильнее нуждается в аддиктивной деятельности или аддиктивных отношениях. При том, что отрыв от подобной деятельности распутал бы нить всей жизни человека, он сам не видит другого выбора, кроме полного и абсолютного соединения с вещью, которая теперь управляет им 
  • домашние животные хорошо подходят для того, чтобы быть объектами для поиска эмоциональной уверенности 
  • Нашей эпохе присуще широкое распространение овеществления эмоциональных привязанностей; аддикция и любовь настолько часто смешиваются, что люди могут назвать отношения с животным любовью 
  • МЫ хотели, чтобы другой человек помещал НАС в центр его жизни в любых условиях, обстоятельствах, даже когда он НАМ смертельно наскучил, МЫ полностью его игнорируем 
  • МЫ считали, что отношения, подразумевающие получение и отдачу, слишком многого требуют 
  • МЫ искали всё большего облегчения для НАС, НАШЕЙ стороны отношений, всё меньших требований, претензий к НАМ в отношениях 
  • В семьях, где родители регулярно отрицают свободу собственных детей, которая заставила бы родителей нервничать, дети, в свою очередь, учатся формировать или подавлять импульсы своих домашних животных — к физической активности, сексу или стимуляции — чтобы приспособить их к собственным желаниям и графику 
  • Обычное взаимодействие, которое МЫ можем наблюдать между хозяевами и домашними животными на улице — выговор за некий акт неповиновения 
  • Аддиктивное использование домашних животных — форма жестокого обращения с ними 
  • Отрекшись от идеалов, которым МЫ так недавно полностью посвятили свою жизнь, МЫ чувствовали интенсивную негативную реакцию, которая неизменно следует за аддикцией 
  • МЫ не могли выдержать напор негативных, дискомфортных, непривычных, сильных чувств, эмоций, освобождаясь от аддикции 
  • МЫ уходили от/возвращались к приемлемой, замаскированной нерешительности и зависимости 
  • НАШИ родители противостояли/одобряли НАШЕ присоединение к чему-то, кому-то, НАШЕ определение себя через что-то, кого-то 
  • поддавшись всеобщему культурному паттерну аддикции, МЫ пребывали в поиске чего-то следующего, получения следующего выбранного, привычного объекта аддикции, МЫ ввязывались в гонку за получением, приобретением снова и снова следующей порции объекта аддикции 
  • НАС научили (во многих случаях сами эти учреждения) тому, что МЫ нуждаемся в школе, нуждаемся в браке, нуждаемся в постоянной работе, нуждаемся в медицине. В чем МЫ действительно нуждаемся, так это в цельности и в том, чтобы быть собой, брать на себя ответственность за свое собственное здоровье, образование и эмоциональное развитие. Поскольку НАМ трудно достичь такой цельности, аддикция не является, как НАМ нравится думать, отклонением от НАШЕГО жизненного пути. Аддикция — это и есть НАШ путь в жизни 
  • НАМ говорили/давали понять, что МЫ в чём-то, в ком-то нуждаемся 
  • НАС учили нуждаться в чём-то, ком-то 
  • НАМ казалось неприличным, НАМ было дискомфортно, неудобно ни в чём, ни в ком не нуждаться в каждый момент времени 
  • МЫ выбирали «нуждаться» в чём-то, ком-то 
  • НАМ было жалко того, кто просил НАС нуждаться в нём, и МЫ выбирали, соглашались всегда/в определённых случаях нуждаться в нём 
  • НАМ казалось странным, что с НАМИ что-то не так, неправильно, МЫ волновались, беспокоились, пугались на этот счёт – если МЫ не чувствовали привычной/должной из воспринятого НАМИ опыта других, общества – нужды, потребности, желания, необходимости НАМ кого-либо, чего-либо 
  • НАМ было не нужно – и МЫ не верили себе в этом 
  • МЫ считали что-либо, кого-либо априори нужным, необходимым НАМ, без чего МЫ не должны, для НАС невозможно мочь жить, обходиться/обхождение без чего – пережидание до лучших времён, когда это вернётся в НАШУ жизнь, обхождение без чего – и не жизнь вовсе 
  • МЫ ждали, что что-то/кто-то вернётся в НАШУ жизнь 
  • МЫ хотели/не хотели/отчаивались ждать, что что-то/кто-то вернётся в НАШУ жизнь 

  • МЫ чувствовали, ощущали себя уязвимыми, уязвимо 
  • МЫ не имели, не чувствовали природной достаточности 
  • Внутри у НАС была ужасная пустота, несостоятельность, дефицит бытия внутри себя 
  • МЫ хотели, чтобы кто-то возместил этот дефицит, возместил его навсегда 
  • Мужчина всегда должен считаться отколотым фрагментом женщины, а секс — все еще болящим рубцом этой раны 
  • Мужчина должен быть добавлен к женщине, прежде чем он приобретет какое-нибудь реальное место или целостность 
  • Когда МЫ вступаем в любовные отношения, мы делаем это как мужчины или женщины, и эти половые идентичности, подобно другим социальным ролям, сильно влияют на форму НАШЕЙ вовлеченности 
  • Мужчины и женщины демонстрируют аддиктивные тенденции примерно в одинаковой степени 
  • МЫ справлялись/не в состоянии были справиться со своими романтическими увлечениями, привязанностями 
  • Люди, имеющие много любовников (одновременно или последовательно), могут быть столь же аддиктивными, как и те, кто неразрывно привязан к одному человеку 
  • обычные женские роли отрицают опыт психологической целостности женщины/мужчины 
  • НАМ говорили, НАС учили, воспитывали, МЫ сами/с помощью кого-то, чего-то, наблюдений, восприятия не устраивающего НАС, не нравящегося НАМ положения вещей – приходили к выводу, мнению, установкам, насколько важно для женщины быть способной достигать успеха в одиночку 
  • МЫ вокруг в обществе, на примере значимых для НАС женщин видели, воспринимали, что женщина не может, не должна быть способна достигать успеха в мире, в обществе, в своей внутренней жизни – в одиночку, без мужчины, без старшего, старше её авторитета-мужчины 
  • МЫ принимали/смирялись/протестовали/отрицали реальность/отвергали/противостояли/боролись с таким положением вещей 
  • МЫ решали, что не позволим такому положению вещей влиять на НАС, НАШУ жизнь, воплотиться в НАШЕЙ жизни 
  • МЫ старались делать всё наоборот (в НАШЕМ представлении – наоборот), чтобы предотвратить, выразить, продемонстрировать другим, сделать осязаемым, очевидным, явным, зримым НАШ протест против такого положения вещей/что Мы не такие 
  • МЫ ограждали себя от общения, взаимодействия с мужчинами, с мужчинами старше НАС, в которых видели, чувствовали авторитет для НАС 
  • НАС тянуло к мужчинам, которые воплощали собой, в которых МЫ видели, ощущали авторитет для НАС 
  • МЫ протестовали против, отвергали любые авторитеты-мужчин, любых авторитетных мужчин 
  • МЫ избегали, боялись увлечься, попасть под власть, обаяние авторитетных, потенциально могущих стать авторитетом для НАС мужчин 
  • МЫ хотели относиться к мужчинам как к авторитетам для НАС 
  • НАМ хотелось думать, верить, находить, видеть, получать подтверждения, что мужчина лучше НАС осведомлён, разбирается в чём-либо, умнее, лучше, выше НАС в каком-то отношении 
  • НАМ хотелось полагаться на мнение мужчины как на последнее, решающее, наиболее объективное, более объективное чем НАШЕ 
  • МЫ относились к, воспринимали проблемы, мнение, желания, потребности мужчины более важными, объективными реальности, ценными, значительными, чем НАШИ 
  • МЫ жестоко разочаровывались в мужчине, если он представал перед НАМИ в жалком, слабом виде, нуждающимся в НАС, в НАШЕЙ поддержке 
  • МЫ жестоко разочаровывались в мужчине, ненавидели его, старательно подавляли свою ненависть к мужчине, если он переставал соответствовать/не соответствовал данным НАМИ ему полномочиям авторитета для НАС 
  • МЫ наделяли мужчин богоподобными чертами и требовали от них соблюдения этого образа, поведения сообразно богоподобному образу 
  • МЫ не прощали мужчинам слабость, жалкость, когда они выглядели, вели себя слабее, хуже НАС, оказывались ничем не лучше, не выше, не умнее НАС 
  • МЫ смирялись/пытались смириться (а в итоге только подавляли, оттесняли на задворки сознания) с реальностью, что она такова, когда видели, обнаруживали, что мужчины выглядели, вели себя слабее, хуже НАС, оказывались ничем не лучше, не выше, не умнее НАС 
  • Какой-то мужчина терял свой авторитет в НАШИХ глазах 
  • МЫ привыкли подчиняться мужчине 
  • МЫ проецировали НАШЕ реальное/желаемое/привычное НАМИ/требуемое от НАС отношение к отцу на других мужчин 
  • НАШ отец хотел быть для НАС авторитетом и МЫ закрывали глаза, чтобы не огорчать его, не расстраивать его, на все несоответствия его реального поведения, отношения к НАМ - идеальному образу «авторитета для НАС», к которому он стремился 
  • МЫ привыкли закрывать глаза на все оплошности, ошибки, несоответствия реального поведения, отношения мужчины к НАМ - НАШЕМУ представлению, идеальному образу «мужчина - авторитет для НАС» 
  • Общество прилагает усилия к тому, чтобы убедить женщин в их недостаточности. Оно делает это, главным образом, путем организации людей в пары, вследствие чего первичная идентификация женщины является производной от ее отношений с мужчиной 
  • МЫ могли как-то себя идентифицировать, определить, почувствовать, признать свою ценность, своё существование только в отношениях/через отношения с мужчиной 
  • Хотя всем нам было сообщено, что мы не можем делать ничего в одиночку — что мы должны соединиться с кем-то или с чем-то еще, чтобы выжить — женщины все же несут более тяжкое бремя культурного убеждения, что человек не может успешно существовать вне структур брака и семьи 
  • обычное положение женщины в обществе может служить символом социально одобряемого аддиктивного состояния 
  • Предположение общества о том, что женщины не способны к независимому экономическому существованию, отражается в параллельном предположении, что они не способны даже к независимому домашнему существованию 
  • НАС воспитывали, обусловливали, учили, МЫ повсюду находили, видели примеры, подтверждения, что женщина не может, не способна, ей нет необходимости в независимом экономическом существовании/жить одной 
  • НАС ориентировали, подталкивали к прямому движению/без обходных путей, без вариантов или эти варианты осуждались и МЫ вместе с ними - из дочерей в жены 
  • Для НАС слово "дом" означало дом НАШИХ родителей 
  • большинство женщин не считаются взрослыми и способными к самостоятельной жизни 
  • когда женщина теряет активное покровительство своего партнера, от нее традиционно ожидают отступления в некую другую покровительственную структуру 
  • НАМ говорили, что это просто глупо – уходить от кого-то в никуда, «нужно всегда иметь тыл, знать, куда ты уходишь» 
  • МЫ не могли, даже не допускали себе такой возможности, что так бывает, можно вообще/для НАС - просто бросить, оставить то, что НАМ не нравится, без определённости, куда МЫ уходим, зачем МЫ уходим, без альтернатив 
  • МЫ возвращались в свою семью, чтобы занять свое прежнее место зависимой дочери 
  • МЫ думали, согласились, что если МЫ перестаём жить с партнёром, с мужчиной, то естественным для НАС, логичным, единственным выходом для НАС будет возвращение в родительский дом, принять бывшую роль подчинённой дочери 
  • В НАШЕЙ голове были только 2 альтернативы, наиболее достоверные, возможные, вероятные: либо МЫ живём с родителями, находимся на попечении, обеспечении родителей, либо МЫ живём с мужчиной, причём какое-то непродолжительное время, находимся на его содержании, попечении, обеспечении 
  • Все остальные варианты МЫ рассматривали как маловероятные, как чудо, счастливый непредвиденный случай, что с НАМИ вряд ли случится 
  • МЫ привыкли считать, что НАС устраивает такое положение вещей, куда уж тут деваться, лучше не тратить силы на протесты, принять всё как есть, как сложилось, смириться 
  • МЫ согласились, усвоили как данность, так везде, всегда, со всеми, с большинством – что даже в семье родителей к сыну, мальчику относятся по-другому, дают ему бОльшую свободу, чем девочке, дочери 
  • МЫ видели, воспринимали, усвоили на примере НАШЕЙ сестры, подруги, какой-то женщины, НАШЕЙ ровесницы, что даже после замужества, даже если они живут самостоятельно, одни, сами себя обеспечивают, то всё равно родители относятся к ним как к детям, должным им подчиняться дочерям, зависимым от них, несамостоятельным, инфантильным 
  • НАШИ родители воспринимали как шутку, не всерьёз, период «до поры до времени», что МЫ как бы не живём вообще/нормальной жизнью, пока МЫ живём одни, без мужчины 
  • НАС осуждали за отсутствие постоянного мужчины 
  • НАС осуждали за несколько связей с мужчинами, что МЫ не пытались уцепиться за одни отношения с мужчиной, не пытались их перевести в брак, постоянное сожительство, постоянные отношения 
  • МЫ принимали/не принимали/протестовали/смирялись с возобновлением руководства родителей НАШЕЙ личной жизнью 
  • МЫ позволяли кому-либо осуществлять контроль над НАШЕЙ жизнью, аналогичный обычному контролю родителей над девочкой-подростком 
  • НАШИ родители, те, с кем МЫ жили, не могли позволить, не позволяли НАМ жить с ними как независимому взрослому человеку 
  • Те, с кем МЫ жили, пытались взять над НАМИ доминирующую, ведущую роль 
  • МЫ позволяли/не позволяли/сами хотели, навязывали тем, с кем МЫ жили – взять над НАМИ доминирующую, ведущую роль 
  • Отрицание финансовой независимости и свободы передвижения женщин, по сути, является отрицанием эмоциональной независимости, что приводит к аддикции как у женщин, так и у мужчин 
  • НАМ говорили, НАС убеждали, МЫ находили/не находили подтверждений/опровержений, что женщины и мужчины давно равноправны, МЫ зря так бесимся, недовольны, протестуем 
  • МЫ пытались достичь своей именно женской независимости 
  • МЫ враждебно относились к мужчинам, к их поведению в рамках традиционной мужской роли «я лучше, сильнее, умнее, авторитетнее тебя; ты должна меня слушаться» 
  • МЫ не принимали одинокую жизнь, особенно женщины, НАС как женщины - как естественное явление, как нормальное положение вещей 
  • МЫ считали, что что-то с НАМИ не в порядке, не так, чувствовали, думали о своей ущербности, неполноценности, что что-то у НАС в жизни, с НАМИ пошло не так, раз МЫ живём/хотим жить/стремимся к одинокой жизни, независимой от мужчин жизни 
  • Роль, намеченная для женщины, символизирует судьбу аддикта, потому что основана на неадекватности. Женщина, как ожидается, будет пустым, бесформенным сосудом, принимающим форму того, кто или что согласится его наполнить 
  • Любая активность, предпринятая исходя из этого недостатка личностной целостности, вероятно, станет аддикцией. 
  • Традиционно женщины были ориентированы на несколько основных занятий — замужество, семья, дом. Эти личные отношения и составляют предписанную женщине сферу активности испытывая недостаток других отдушин, женщина определяет себя такими отношениями и зависит от них до степени аддикции 
  • Воспитанием МЫ не были подготовлены к решительной и эффективной жизни/к одиночеству, самодостаточности, самостоятельности, независимости 
  • НАШ более свободно определенный социальный мир предлагал НАМ только большее количество и разнообразие аддиктивных привязанностей 
  • в природе НАШИХ многочисленных увлечений была глубинная последовательность, осознаваемая или неосознаваемая НАМИ 
  • МЫ не имели полного представления о своих возможностях 
  • НАМ говорили, МЫ воспринимали информацию, что если МЫ откажемся, оттолкнём предлагаемые НАМ как женщине обществом, вековыми устоями, традициями женские роли, то МЫ просто станем походить на поддельного, фальшивого мужчину 
  • МЫ боялись, что МЫ увлечёмся своим внутренним протестом против положения женщин в обществе и действительно просто станем походить на «недомужчину», фальшивого мужчину 
  • МЫ усвоили: либо ты женщина, либо ты мужчина 
  • МЫ согласились, пришли к выводу: если ты отвергаешь роли женщины, то тебе остаются роли мужчины, и так как ты не мужчина, не настоящий мужчина, то будешь плохо, несовершенно, кое-как выполнять мужские роли, намного, естественно, хуже мужчин, настоящих мужчин 
  • Никто не хочет быть женщиной: ни женщины, ни мужчины 
  • МЫ думали, что, может, лучше подстроиться, в конце концов не так уж НАМ и вредит выполнение, следование женским соц ролям 
  • Никто особенно не замечал НАС 
  • МЫ думали, что как же МЫ справимся с мужскими ролями – у НАС нет особенно амбиций 
  • НАМ казалось, что НАС ценят/вообще женщин ценят исключительно/в первую очередь за симпатичную мордашку 
  • НАШИ отец и мать только говорили о НАС между собой, не ожидая от НАС никаких индивидуальных или субъективных реакций, так что НАША способность к самоопределению и самовыражению атрофировалась, оставшись на зачаточном уровне 
  • МЫ никогда не получали за что-то, за какие-то свои достижения, за что рассчитывали получить/просто так - любви, контакта и привязанности, которые, МЫ знали, должны где-нибудь существовать. 
  • МЫ жаждали их, но не чувствовали, что достойны получить. 
  • Для НАС любовь, контакт, привязанность всегда существовали где-то там, в будущем, уж точно, определённо не здесь, не сейчас, не в этих обстоятельствах, исходящими извне, от мужчины 
  • МЫ не воспринимали всерьёз, чем-то важным НАШЕ собственное отношение, силу НАШЕЙ любви, симпатии, привязанности, внимания к человеку/мужчине, МЫ считали НАШИ чувства, ощущения, отношение к – слабосильным, каким-то ненужным, придатком к отношению, чувствам к НАМ человека/мужчины 
  • МЫ считали активные проявления любви, чувств более важными, ценными и присущими мужчинам, а не женщинам 
  • МЫ воспринимали, хотели, чтобы чужая, мужская любовь извне захватывала НАС, изливалась на НАС и вызывала к жизни НАШИ чувства, отношение 
  • НАШИ чувства, отношение – всегда ответные, придаток, второстепенные, побочные по отношению к изливающейся, захватывающей любви, чувствам мужчины 
  • Заполняющее НАС недовольство НАШЕЙ социальной жизнью, существующим положением вещей в НАШЕЙ жизни кристаллизовывалось в жажду романтических отношений 
  • НАМ было трудно найти романтических отношений 
  • МЫ считали крамольным, извращённым самим, НАМ искать романтических отношений 
  • Мужчина должен навязывать, предлагать, настаивать на романтических отношениях с женщиной/с НАМИ 
  • МЫ думали, что то, что МЫ находим, - это всегда не то. При любом раскладе не то, не то, что НАМ нужно 
  • Всё, что НАМ надо, нужно, появляется/должно появляться само 
  • МЫ не доверяли собственному самоконтролю 
  • МЫ считали, что что бы МЫ ни делали, от природы у мужчин самоконтроль лучше 
  • МЫ считали, что какие-то качества у мужчин от природы, из-за принадлежности к мужскому полу лучше, чем у НАС, - и решали, выбирали полагаться на них в этом 
  • МЫ предполагались зрелым человеком, но понятия не имели, как контролировать свое время, интересы или чувства 
  • НАШЕЙ страстью были безумные увлечения издалека, вдалеке, недосягаемые для НАС, находящиеся в будущем, где-то там, не здесь, не в ближайшее время 
  • МЫ никогда не/редко проводили время в одиночестве, выражая себя 
  • МЫ не верили, забыли, как выражать себя в одиночестве 
  • МЫ приучились, привыкли к идее выражать себя в присутствии кого-то, с кем-то, в паре 
  • МЫ были изолированы от всего/от того, что НАС интересовало 
  • Ничто не контактировало с НАМИ напрямую, без вмешательства и опеки других 
  • МЫ чувствовали, что хотим уехать далеко, очень далеко 
  • Когда МЫ взаимодействовали с мужчинами/женщинами, в отношениях не было места для интеллекта или самоисследования 
  • МЫ были настроены обращаться к личным отношениям за утешением и спасением 
  • МЫ искали/находили/не находили эффективные средства для демонстрации себя мужчинам 
  • МЫ не знали, как реагировать на ничем не предвещаемый разрыв отношений, но предполагали, что МЫ в какой-то степени несовершенны и были отвергнуты по этой причине 
  • МЫ хотели найти, искали принятие мужчины 
  • МЫ хотели найти, искали в мужчине похожесть, подобие НАМ/отличия от НАС, непохожесть на НАС 
  • Всякий раз, когда мужчина делал некоторое усилие, чтобы увидеть НАС снова, МЫ убеждались, укреплялись в вере, что нашли возлюбленного, с которым можно создать глубокую привязанность, глубокие отношения 
  • Любое усилие со стороны мужчины, чтобы встретиться с НАМИ, продолжить контактирование с НАМИ, МЫ расценивали с восторгом, испытывали самоудовлетворение, успокаивались на время по вопросу, что с НАМИ что-то не так, МЫ несовершенны, НАМ чего-то недостаёт, всё с НАМИ неправильно 
  • МЫ ждали от мужчины сигнала, шага, что он заинтересован в контакте, продолжении отношений с НАМИ 
  • МЫ не получали подтверждения, ответного сигнала от мужчины, что он тоже заинтересован продолжать с НАМИ общение 
  • МЫ считали себя обязанными, что МЫ должны переложить всю/любую инициативу на продолжение/инициирование отношений с НАМИ – на мужчину, себя полностью освободить от этого 
  • МЫ боялись, что если МЫ возьмём в отношениях, их продолжении, инициировании, возобновлении инициативу на себя, то в итоге получим то, чего не хотим – отношения к НАМ мужчины как к матери, он будет НАС раздражать своим детским, сыновним к НАМ отношением 
  • МЫ находили в своей жизни случайные мелкие удовольствия на общем фоне недовольства такой жизнью 
  • МЫ боялись, хотели, пытались избежать ситуации, что-то сделать, чтобы оказалось, что МЫ можем материально рассчитывать только на себя 
  • МЫ хотели, привыкли материально рассчитывать на других, на отца, мужчину, не на себя 
  • У НАС в голове даже не вставал вопрос, чтобы материально рассчитывать только/преимущественно на себя 
  • работа помогала НАМ сохранить некоторый минимальный контакт с действительностью, но не обеспечивала ничем позитивным 
  • всё, что МЫ могли, - это следовать правилам; выискивать сходное развитие, схему событий НАШЕЙ жизни, как в прошлом, как обычно, как всегда 
  • НАШИ увлечения развёртывались по одним и тем же схемам: неистовые поначалу, они затем быстро увядали и ослабевали 
  • Каждый раз МЫ думали, что нашли в новом возлюбленном новый смысл жизни; и всегда это оказывалось бессмысленным 
  • НАША неумеренность в чём-либо представляла из себя попытку симулировать реальные чувства и полноту бытия 
  • НАМ не хватало реальных чувств, эмоций, переживаний – и МЫ придумывали себе, убеждали себя в любви, привязанности к кому-то 
  • МЫ обещали себе реальные чувства, эмоции, переживания в отношениях с мужчиной/с кем-то конкретным 
  • МЫ верили, убеждали себя, что заслужили то внимание и то отношение, которого всегда хотели, что получаем то, что хотим 
  • НАШИ отношения в рамках каких-то занятий были внешними и пассивными, упорядоченными, ритуализированными, МЫ старались в них не включаться, не вовлекаться 
  • Просто нечто само происходило с НАМИ 
  • И МЫ считали это нормальным, как и должно быть 
  • МЫ ни во что не привносили собственного характера или духа 
  • Свою пустоту МЫ заглушали, заполняли интенсивным поиском кого-то/чего-то, более лучшего, подходящего НАМ 
  • Желание иметь любовников отражало НАШУ глубинную потребность в человеческой близости 
  • МЫ думали, достаточно иметь потребность в любви, отношениях – и они будут/они есть, просто МЫ не видим 
  • МЫ не могли активно формировать сексуальные отношения и ситуации, в которых участвовали 
  • НАШИ усилия превратить свои романы во что-то, отличное от случайных, отчужденных и в широком смысле временных встреч, были абсолютно неуспешны 
  • МЫ пытались/не пытались/считали невозможным для себя сделать какие-то удовольствия постоянной частью своей жизни, постоянными, стабильно происходящими в НАШЕЙ жизни 
  • Тот факт, что иногда МЫ имели много, а иногда почти ничего в сфере, доставляющей НАМ удовольствие, удовлетворение, важной для НАС, наводит на мысль о том, что это важное было только еще одной вещью, которая происходила с НАМИ случайно или в соответствии с чьим-нибудь чужим решением 
  • МЫ думали, НАС воспитали, что это нормально, должно – полагаться на чужое решение «получим МЫ или нет», «дать НАМ или нет», особенно если это решение - мужское 
  • МЫ имели определённые, осознаваемые или неосознаваемые НАМИ идеи, установки, ожидания, представления, как должны выглядеть, начинаться, продолжаться, развиваться, заканчиваться романтические, любовные отношения мужчины и женщины/НАС и мужчины 
  • МЫ не воспринимали всерьёз/никак, не видели для себя возможности, нужности НАМ любых других форм отношений с мужчиной, отличных от НАШЕГО опыта, от НАШИХ представлений 
  • МЫ разделяли чью-то болезненность 
  • Чья-то напоминающая НАМ НАШУ, похожая на НАШУ болезненность тянула НАС к другому человеку 
  • МЫ нашли, что должны/лучше НАМ согласиться на разумную и приемлемую версию традиционной женской роли 
  • МЫ избегали/пытались, старались уйти вообще от традиционной женской роли 
  • МЫ посвятили себя стереотипным женским занятиям и действиям 
  • МЫ обнаружили/не замечали, что посвятили себя стереотипным женским занятиям и действиям 
  • МЫ осуждали кого-либо, НАМ было неприятно, болезненно, дискомфортно наблюдать, видеть, что кто-то посвятил себя стереотипным женским/мужским занятиям и действиям 
  • МЫ видели, усвоили, что НАША мать/бабушка/сестра/подруга/авторитетное для НАС лицо/большинство из НАШЕГО окружения посвятили себя стереотипным женским занятиям и действиям 
  • НАМ казалось неизбежным, что МЫ никуда не денемся, тоже должны, вынуждены посвятить себя стереотипным женским занятиям и действиям, раз НАША мать/бабушка/сестра/подруга/авторитетное для НАС лицо/большинство из НАШЕГО окружения сделали так/живут так 
  • НАС растили так, чтобы МЫ стали такой же, как НАША мать 
  • НАС растили с прицелом на преемственность поколений, род, память предков, следование традициям 
  • МЫ были глубокой личностью, полной эмоциональной и интеллектуальной энергии, которая вынужденно направлялась лишь по нескольким каналам, ведущим к НАШИМ отношениям с мужем/мужчиной и детьми 
  • МЫ не видели, не наблюдали, НАМ в голову не приходило, в глаза не бросалось, куда МЫ можем направить имевшуюся у НАС энергию, кроме как в отношения, вложить её в другого человека 
  • МЫ надеялись, что раз/если МЫ не знаем сами, что НАМ делать, куда вложить НАШУ энергию, то отдать её другому – это всегда хорошо/правильно/выгодное вложение/принесёт НАМ дивиденды 
  • МЫ думали, что, может, МЫ созданы, чтобы отдавать свою энергию другому, мужчине, поддерживать этой энергией отношения, его/другого человека творчество, реализацию, делание, деятельность вовне 
  • МЫ слишком многого хотели от своего партнёра 
  • НАШИ желания были нереалистичными, имея в виду то, что НАШ партнёр не был готов принимать НАШИ требования 
  • не имея других способов удовлетворить себя, МЫ эмоционально зависели от своего брака, прося больше, чем он мог НАМ дать. 
  • у НАС была потребность в том, чтобы быть преданной мужчине/отношениям 
  • МЫ узнавали так много, что это приводило к чрезвычайному напряжению 
  • МЫ сопротивлялись любому виду управления из страха быть удушенными 
  • НАМ физически/интеллектуально казалось, чувствовалось, что управление, попытки НАС контролировать крадут, забирают, снижают, сводят на нет НАШУ так долго, тяжело пестуемую индивидуальность, МЫ теряем себя, своё Я 
  • НАМ физически/интеллектуально казалось, чувствовалось, что управление, попытки НАС контролировать отбирают, забирают НАС от себя/душат НАС/убивают НАС/МЫ - это уже не МЫ 
  • МЫ утратили/приобрели импульсы к доминированию и контролю 
  • НАШЕ взаимодействие, общение, отношения с кем-либо определялось только, преимущественно НАШИМИ/другого потребностями/и НАШИМИ и другого потребностями 
  • МЫ думали, что НАШЕ взаимодействие, общение, отношения с кем-либо определялись только, преимущественно его/НАШИМИ/и НАШИМИ и его потребностями 
  • сразу после расставания с мужчиной МЫ очень сильно хотели новых отношений с мужчиной 
  • после расставания с кем-либо МЫ пугались, боялись, плохо, дискомфортно, неуютно себя чувствовали, что так пусто, неуютно теперь будет всегда/долго 
  • после расставания с кем-либо МЫ лихорадочно стремились прибиться к кому-то новому/очень похожему на того, с кем расстались 
  • МЫ пытались утешиться, не сожалеть о расставании, не последовать за искушением вернуть отношения 
  • МЫ старательно обесценивали, приводили к нулю значение НАШИХ прошлых отношений 
  • МЫ хотели отношений, но не искали их 
  • МЫ боялись, что НАШИ отношения будут только вариацией/продолжением старых, бывших отношений 
  • МЫ боялись, не решались себе признаться, что не изжили какие-то отношения 
  • МЫ не знали, что НАМ делать с фактом, что МЫ не изжили какие-то отношения 
  • МЫ боялись, что будем сравнивать новые отношения со старыми/поднимем ценность старых отношения для себя в сравнении с новыми 
  • МЫ не могли приспособиться/приспосабливались/болезненно приспосабливались к своей независимости 
  • МЫ могли/не могли получать удовольствие от чего-то меньшего, чем те глубокие близкие отношения, которые НАМ всегда требовались. 
  • НАМ казалось, МЫ считали, были уверены, убеждены, что не можем удовлетвориться, НАС никогда не удовлетворят поверхностные, временные, лёгкие, однодневные контакты, что НАМ, чтобы чувствовать себя комфортно, удовлетворённо, нужны близкие, интимные, крепкие, глубокие, длительные отношения 
  • МЫ ждали, когда же НАШИ отношения с кем-то станут длительными, глубокими – только тогда МЫ могли себе позволить/признать, что МЫ получаем от этих отношений удовольствие, удовлетворение 
  • МЫ видели один и тот же паттерн у всех мужчин, которые были НАМ доступны 
  • НАС огорчало, вызывало скуку, расстраивало, что МЫ видим один и тот же паттерн у всех мужчин, которые НАМ доступны 
  • МЫ думали, что это неизбежно, МЫ обречены на отношения с мужчинами одного типа 
  • МЫ связывали то, что обречены на отношения с мужчинами одного типа, со знаками зодиака (притяжение между определёнными знаками зодиака, отношения между определёнными знаками зодиака просто невозможны, заранее обречены на провал, неуспех) 
  • МЫ связывали то, что обречены на отношения с мужчинами одного типа, с любыми типологиями, теориями притяжения/соответствия/закономерного, естественного влечения/сходства/предопределённости отношений одних типов и отторжения/отталкивания/невозможности отношений, обречённости на несчастье, провал отношений других типов 
  • МЫ думали, что как бы МЫ ни хотели, МЫ вынуждены будем отступиться или испытать кучу несчастья, неприятных переживаний, а потом в итоге всё равно расстаться с неподходящим НАМ закономерно, естественно, по типологии типом 
  • МЫ искали, находили подтверждения/опровержения теориям притяжения/соответствия/закономерного, естественного влечения/сходства/предопределённости отношений одних типов и отторжения/отталкивания/невозможности отношений, обречённости на несчастье, провал отношений других типов 
  • мужчины от НАС ожидали/требовали/планировали/хотели, чтобы МЫ были матерью их детям 
  • НАС это отпугивало, не устраивало, МЫ разрывали отношения, считали это полным бредом и сбегали из этих отношений 
  • мужчина требовал от НАС лояльности и верности (особенно сексуальной), при этом неохотно обещая это со своей стороны, и хотел, чтобы МЫ выполняли его потребности скорее, чем свои собственные 
  • МЫ соглашались с этим/не соглашались/отказывались/предпочитали не занимать четкую позицию для него, для себя по этому вопросу 
  • у НАС существовало самоопределение «жены» 
  • в НАС воспитывали, вкладывали, учили НАС самоопределению, самоидентификации с «женой», «женщиной», «матерью», «девушкой», «девочкой» 
  • МЫ усваивали, что значит «жена», «женщина», как МЫ должны воспринимать себя, относиться к себе, самопрезентовать себя как «жену», «женщину», «мать», «девушку», «девочку» 
  • для установления отношений с мужчинами НАМ требовалось определённое внешнее положение: карьера, профессиональное самоопределение, положение в обществе, занятая роль, позиция в кругу других людей 
  • чтобы МЫ могли нормально себя чувствовать в присутствии мужчин, общаться с ними, НАМ требовалось, было необходимо иметь место, цель, куда НАМ надо, куда МЫ стремимся придти 
  • чтобы МЫ могли нормально себя чувствовать в присутствии мужчин, общаться с ними, НАМ требовалось, было необходимо быть не здесь, не в ситуации, в направленности на будущее, что НАМ надо, МЫ стремимся куда-то в большее, более грандиозное место, а здесь МЫ просто, только временно проводим время 
  • НАМ казалось, что и мужчинам легче, проще, приятнее с НАМИ общаться, взаимодействовать, если МЫ не здесь, если МЫ всем своим видом имеем в виду, подразумеваем, что с ними, здесь МЫ – временно, МЫ стремимся, НАМ надо в другое место 
  • МЫ думали, что мужчинам легче НАС уважать и общаться с НАМИ, раз/если МЫ стремимся, НАМ надо во что-то более глобальное, чем здесь, с ними 
  • крепнущее самоопределение заставляло НАС меньше тревожиться о том, есть ли вообще вокруг НАС мужчины 
  • МЫ спасались профессиональным самоопределением от вопросов наличия/отсутствия/необходимости построения отношений с противоположным полом 
  • НАС волновало обеспечить в глазах других, собственных глазах видимость выбора мужчины на «провести время», «выйти замуж», «иметь отношения» 
  • МЫ считали, что не можем/не должны/это неправильно, далеко от реальности, того, что НАМ действительно нужно - выбирать партнеров на своих собственных условиях (где, когда, для чего и если МЫ их хотим) 
  • НАМ было неудобно, неловко даже у себя в голове формировать желание иметь в реальности, направленное на, ориентированное на реальность желание, а не просто фантазию – получить партнёра на НАШИХ условиях (где, когда, для чего и если МЫ его хотим) 
  • НАМ казалось, что НАС выбирают – это правильно, так и должно быть, а МЫ выбираем – это неправильно, это извращение, так не должно, не может быть, не надо допускать для себя это 
  • МЫ думали, что чёткое понимание, для чего НАМ нужен и нужен ли человек – это жестокое, бесчеловечное, недопустимое манипулирование, здесь нет места романтике 
  • МЫ боялись, думали, что если МЫ даже для себя в голове сформулируем, где, когда, для чего НАМ нужен человек и нужен ли он НАМ, то в реальных отношениях с этим человеком НАМ придётся пережить столкновение его интересов в НАС с НАШИМИ в нём 
  • МЫ выбирали, считали безопаснее не формировать, не формулировать для себя, нужен ли НАМ, хотим ли МЫ этого человека, для чего, где, когда 
  • МЫ думали, это прерогатива мужчин – выбирать, формировать, формулировать для себя/за двоих – нужна ли ему женщина, что можно сделать, чтобы её заполучить, для чего она ему 
  • МЫ считали, что в идеале мужчина решает за двоих, разумнее, безопаснее подчиниться, исходить из этой установки, что мужчина должен решать/решает за двоих, иначе не избежать столкновений 
  • МЫ не могли взять, принять на себя роль оценщика «нужен НАМ мужчина или нет» 
  • МЫ предпочитали, НАМ казалось правильным, разумным, что мужчина решает и за НАС тоже, разумно, правильно решает за двоих, нужны ли эти отношения, быть им или нет 
  • МЫ удивлялись, поражались, не доверяли, с сомнением относились, «ничего хорошего из этого не выйдет», просто не верили, что это МЫ, что МЫ так можем, не понимали, зачем МЫ это делаем – когда проявляли какую-то инициативу, Эго, своё мнение, свои идеи, быть или не быть отношениям, нужны они или нет 
  • НАМ казалось, что мужчина природно знает лучше, соответствующе реальности, нужны ли отношения, состояться им или нет 
  • МЫ думали, что МЫ эгоистичны, а мужчина/другой больше НАС в состоянии подумать, решить за двоих, МЫ же можем учесть только своё наличное желание 
  • комбинация отчаяния, страха, случайности определяли НАШИ отношения, НАШЕ в них вхождение 
  • МЫ были вынуждены вести себя независимо 
  • МЫ подвергались искушению уцепиться за внешне более сильного, кого МЫ выбрали, захотели видеть более сильным, чем МЫ 
  • МЫ подвергались искушению, чтобы всё вернулось, было по-старому, найти себе кого-то, с кем бы всё было, как уже было, по-старому 
  • Не находя такого мужчины, которого требовало НАШЕ самоуважение, МЫ всё же всегда сохраняли самообладание 
  • МЫ тосковали по мужчине, который дал бы НАМ целостность и завершенность 
  • МЫ чувствовали себя обманщицей – ведь МЫ так не хотели, не хотели, чтобы так было, что у НАС не было удовлетворяющих НАС/никаких отношений, просто МЫ не могли довольствоваться тем, что очевидно для НАС НАМ не подходило, не несло НАМ удовлетворения, было совсем не тем, чего МЫ хотели, что НАМ было нужно 
  • МЫ не понимали, не хотели понимать, знать, почему у НАС нет тех отношений, которые бы НАМ дали целостность, НАС удовлетворили 
  • МЫ думали, что обречены быть одни, именно так для НАС и лучше, правильно, МЫ так развиваемся, даже если и не понимаем этого 
  • у НАС не было тех отношений, которые бы НАС удовлетворили, дали НАМ радость, целостность, всё то, чего НАМ приходилось искать, добиваться, вызревать себе самим, одним 
  • НАМ стоило больших усилий, напряжения не сдаться, не закрыть глаза и не провалиться в самообман – в очевидно не те, ненужные, ниже НАШЕГО уровня отношения 
  • МЫ думали, что отношения, которые НАМ предлагаются, с которыми всё так просто – они НАМ не нужны 
  • Из мужчин общество также делает искаженные подобия их самих, только это искажение является дополнительным к тому, которое испытывают женщины. Вынужденные быть нечеловечески жесткими и неуязвимыми (так же, как женщины — инфантильными и слабыми), мужчины имеют не больше шансов развиться в целостных людей, чем женщины. В то же время, мужчины сталкиваются с точно такими же атаками на свою целостность и уверенность в себе, как и женщины. Мужчины также подвергаются социальному давлению (нужно жениться, найти постоянную работу, "остепениться" и т.п.), и им также внушают представление об их слабости и зависимости в процессе взаимодействия с родителями, преподавателями, врачами, работодателями, экспертами и учреждениями вообще. Но, в дополнение к этому, мужчины получают специальное предписание о том, что они должны всегда показывать миру сильное лицо. Потуги поддерживать этот хрупкий баланс порождают тот стиль аддикции, который обычно присущ мужчинам. 
  • Выражение неуверенности и допущение эмоциональных привязанностей является привилегией женщины. Те же самые потребности часто, но менее открыто появляются и у мужчин. Многие из них живут в мире, который многого требует от них эмоционально, но мало дает взамен. Мужчина, как ожидается, разовьет высоко позитивный образ себя — "мужское эго" - и спроецирует собственную веру в себя на внешний мир. Если он не уверен в валидности этого образа, он, конечно, найдет других мужчин, расположенных бросить ему вызов. На работе он получает мало подпитки от мужчин и женщин, выученных той же самой конкурентной отчужденности, которую, как он чувствует, он должен демонстрировать. Так что трудности, возникающие из Противоречия между его мужской потребностью в поддержании собственного образа и его человеческой потребностью поделиться своей неуверенностью, падают на его жену или возлюбленную. 
  • МЫ хотели, надеялись с помощью всепоглощающего любовного переживания разрешить противоречия в своей душе и исцелиться от смущения, страха, тревоги, чувства одиночества, отъединённости 
  • НАШИМ поискам мешали необъятность и сложность НАШИХ эмоциональных потребностей, которых МЫ не понимали и не хотели узнавать, понимать, которые МЫ просто хотели подавить, не знать о них, не чувствовать, не ощущать их, чтобы они просто исчезли из НАШЕЙ жизни 
  • НАШИ эмоциональные/интеллектуальные/физические/духовные потребности не мог удовлетворить ни один реальный мужчина/человек 
  • МЫ откровенно использовали мужчин 
  • МЫ играли с мужчинами в возможность отношений, «сделай для меня сначала, уверь меня, что ты мне полезен, что ты для меня готов сделать – тогда, возможно, будут/могли бы быть отношения» 
  • НАМ не хотелось, было страшно глубоко копаться, вообще задумываться, переживать свои эмоции, чувства по поводу отношений с мужчиной 
  • МЫ хотели как можно дольше, как получится дольше скользить по отношениям, в отношениях с мужчиной, как можно дольше не испытывая никаких сильных/болезненных/противоречивых/не нравящихся НАМ, не устраивающих НАС чувств, эмоций 
  • МЫ не хотели испытывать своих эмоций, чувств по поводу отношений/в отношениях 
  • МЫ старались быстрее отдать свои эмоции, чувства по поводу отношений/в отношениях – партнёру 
  • МЫ надеялись, что партнёр знает лучше НАС, что ему делать/что вообще можно, нужно делать с НАШИМИ эмоциями, чувствами по поводу отношений/в отношениях 
  • идеал, который МЫ лелеяли в своём представлении, был весьма отличен от кратковременных, сосредоточенных на сексе/провести, занять вечер, время/убить время/ чтобы на сегодня грустно не было/сбежать на время от своих эмоций, чувств, идей – романов 
  • МЫ заводили/соглашались на заранее НАМ понятно, что ненужные НАМ, неполезные НАМ романы 
  • МЫ сознательно заводили кратковременные, ни к чему не обязывающие, провести вечер, занять, убить время – отношения 
  • МЫ забывали свою изначальную мотивацию на отношения и начинали думать, воображать, представлять себе продолжение, возможности развития кратковременных отношений 
  • МЫ обижались, злились, огорчались из-за партнёра, который дал НАМ кратковременные отношения, когда МЫ уже надеялись на продолжительные 
  • НАС/МЫ сами себя пытались заставить соответствовать нереалистичным стандартам успешного поведения 
  • НАШИ родители, воспитатели, учителя, авторитеты преуменьшали НАШИ успехи, заслуги 
  • НАМ всегда, сколько бы МЫ ни получали, не хватало похвал, поощрения, признания НАШИХ заслуг, НАШЕЙ ценности 
  • НАМ давали понять независимо от того, чего МЫ добивались, что этого недостаточно 
  • МЫ считали, что одобрение бывает заслуженным/незаслуженным/по настроению одобряющего/всегда необъективным 
  • МЫ испытывали на себе заслуженное/незаслуженное/по настроению одобряющего/когда НАМ было нужно, МЫ хотели получить/когда НАМ не было нужно, МЫ не хотели получать – одобрение 
  • МЫ не научились/не умели обращаться куда-то еще или внутрь себя за получением одобрения, кроме как поисков его вовне, ожидания его извне, от кого-то, опосредованно через слова, изменения настроения одобряющего, что НАМ что-то дадут, пообещают 
  • на НАС щедро расточали внимание и восхищение, потому что им не хватало самим внимания и восхищения 
  • другой не реагировал на НАШИ самые незаурядные действия 
  • МЫ делали что-либо/тысячу вещей, чтобы заслужить чьи-либо похвалы, одобрение, внимание 
  • похвала, одобрение, внимание от кого-либо были для НАС особенно значимы, ценны, важны, трудно, тяжело НАМ давались, были редки для НАС 
  • МЫ пренебрегали чьими-то похвалами, одобрением, вниманием в пользу чьих-то других 
  • у НАС существовала внутренняя, осознаваемая или неосознаваемая НАМИ, иерархия – чьи похвалы НАМ более всего важны, на которые МЫ можем безоговорочно полагаться, полагаемся, авторитетны для НАС, определяют, видоизменяют НАШЕ поведение; чьи – НАМ абсолютно неважны, безразличны, не имеют на НАС влияния; чьи – НАМ оскорбительны и неприятны 
  • чьё-то внимание НАС оскорбляло 
  • чьё-то внимание НАМ было неприятно/приятно/льстило НАМ 
  • МЫ ждали, были настроены получить от кого-то похвалу, одобрение, внимание 
  • МЫ делали что-либо, планировали, обещали, хотели чего-либо, рассказывали о своих планах, только чтобы получить похвалу, одобрение, внимание от кого-либо/за них 
  • НАМИ восторгались независимо от того, что МЫ делали 
  • НАС хвалили, одобряли, давали НАМ внимание независимо от того, что МЫ делали 
  • МЫ не видели ничего, что бы выглядело достойным НАШЕГО искреннего и прилежного стремления 
  • МЫ культивировали свои привлекательные черты, особенно вербальную одаренность, как средство впечатлить людей и завоевать их расположение, заменяющее НАМ любовь 
  • МЫ искали близких отношений с мужчинами/женщинами/людьми 
  • лишённые даже капли эмоциональной поддержки, у НАС не было энергии ни для чего 
  • МЫ наносили бесполезные визиты своему бывшему другу, чтобы вернуть его привязанность 
  • МЫ погружались в отношения полностью/не полностью/полностью, но непродолжительно/вообще не погружались 
  • Видя, что не можем достичь абсолютной любви, которой жаждали, МЫ искали мужчин, которые могли хотя бы составить НАМ компанию на некоторое время 
  • МЫ начали, пользуясь всеми возможностями, находить утешение в мимолетных романах 
  • мимолётные, краткосрочные отношения не отвечали полностью НАШИМ потребностям 
  • существовала еще другая часть НАС, которая смотрела на каждый новый роман/новые отношения с надеждой, что больше никогда не нужно будет искать что-то еще. 
  • МЫ видели, обращали внимание, были настроены, сосредоточены видеть/смотреть только/преимущественно/в первую очередь на отношение мужчины к НАМ 
  • НАС мало занимало, вообще не интересовало, казалось ничего не решающим, ничего не определяющим НАШЕ отношение к мужчине 
  • НАМ казалось, что МЫ могли полагаться на себя – НАШЕ отношение к мужчине не изменится, под НАШИМ контролем, МЫ можем им манипулировать, управлять, а вот отношение мужчины к НАМ – непредсказуемо, НАМ нужно быть обострённо внимательными к нему, его изменениям 
  • для НАС другом — мужского или женского пола — был тот, кто слушал НАШИ жалобы и поддерживал НАС 
  • Но только с мужчинами МЫ чувствовали, думали, что можем требовать полной преданности, которой так жаждали 
  • Мужчины, отношения были самым важным для НАС, осознавали МЫ это или нет 
  • Когда у НАС не было мужчины, МЫ уныло брели через события своей жизни 
  • Интеллектуальная стимуляция, объективные интересы, время, хорошо проводимое с друзьями — все это было для НАС вторичным, способом переждать период отсутствия мужчины в НАШЕЙ жизни, отсутствия отношений 
  • МЫ предъявляли большие претензии к друзьям/людям, всё время давая им знать, что хотели чего-то большего, чем то, что они могли НАМ обеспечить, и что МЫ были с ними только благодаря чьему-то добродушному, но решительному отказу 
  • Когда МЫ встречали подходящего мужчину, МЫ были неспособны сохранять объективность по отношению к нему, как к человеку 
  • МЫ возлагали на него огромные надежды 
  • МЫ со всех ног кидались в отношения, не жалея ничего ради начального самопредъявления 
  • НАС отталкивали, вызывали неприятие, отвращение, разочарование, дискомфорт, неловкость мужчины, которые готовы были всё о себе рассказать НАМ при первом приближении 
  • НАМ казался недостойным/ненужным НАМ/неинтересным/жалким мужчина, чья жизнь так мало значила, что МЫ могли мгновенно стать центром его существования 
  • МЫ пытались вложить в каждый из своих романов большую и глубокую заинтересованность 
  • у НАС получалось/не получалось 
  • МЫ по-странному хотели, чтобы мужчина ценил свою жизнь, ему она была интересна в независимости от НАС и чтобы он сосредоточил свою жизнь на НАС 
  • МЫ хотели быть в центре жизни мужчины и чтобы одновременно он продолжал её жить в других кругах, несвязанных с НАМИ, независимо от НАС, чтобы было о чём НАМ рассказать, чего МЫ не знали 
  • у НАС было/НАС вело/определяло НАШЕ поведение, восприятие, видение – стремление к обезличиванию/обесцениванию того, с кем/чем МЫ имели дело 
  • НАС презирали/НАМ казалось, МЫ думали, что НАС презирают, избегают как раз за НАШЕ хорошее отношение, заинтересованность, внимание, готовность всегда быть под рукой 
  • МЫ думали, видели, что мужчины презирают, избегают женщин, которые всегда готовы быть под рукой, отзывчивы, внимательны, сосредотачиваются, с повышенным вниманием, интересом, предвосхищением желаний, потребностей, просьб относятся к мужчине 
  • МЫ думали, что мужчины/люди к НАМ тоже так будут относиться, если Мы будем оказывать им повышенное внимание 
  • НАМ хотелось оказать повышенное, необычное внимание другому 
  • МЫ сдерживали себя, подавляли, запрещали себе оказывать повышенное, не как обычно внимание другому 
  • МЫ боялись, ожидали, были настроены воспринять, испытать на себе, получить болезненный удар, пренебрежение, что от НАС сбегут, НАС будут избегать, если МЫ окажем повышенное, не как обычно внимание 
  • МЫ считали несправедливым, расстраивались, злились, сердились, огорчались, что от НАС сбегают, НАС избегают, если МЫ наоборот – оказываем повышенное внимание, интерес другому 
  • Теория баланса Фрица Хейдера гласит, что легче любить людей, которые ценят те же самые вещи, которые цените Вы, и наоборот. В этом случае ваше видение мира сбалансировано 
  • МЫ старались полюбить, заинтересоваться тем, что НАМ раньше/сейчас было неинтересно, чтобы быть на одной волне с кем-либо 
  • НАМ казалось, что если у НАС будут общие интересы с другим, МЫ будем разделять его взгляды, интересы, то НАМ будет легче наладить с ним контакт/понравиться ему/расположить его к себе/привязать его к себе 
  • МЫ недостаточно уважали себя 
  • МЫ очерняли/обесценивали в своих/чьих-либо глазах /не доверяли/не верили тем людям, которые ценили НАС и принимали НАШИ запросы как должное 
  • МЫ испытывали боль, понимая, что, как только МЫ получали любовь/внимание/интерес мужчины/того, от кого МЫ хотели этого - МЫ переставали уважать его/интересоваться им/быть увлечёнными им, полными жизненных сил, энергии от фантазий, намерения получить от него, добиться, завоевать от него любовь, внимание, интерес к НАМ 
  • как только МЫ получали от другого внимание, интерес, любовь к НАМ - он переставал быть для НАС авторитетом, желаемым объектом, интересным, будоражащим НАС, значимым источником оценки и поддержки 
  • как только другой переставал НАС волновать, МЫ ощущали недовольство им 
  • МЫ переставали быть интересны другому, он переставал уделять Нам внимание, интерес, как только МЫ велись на его интерес и внимание 
  • МЫ старались искусственно сдерживать, регулировать своё возрастающее, возникающее внимание, интерес к кому-либо 
  • МЫ знали, испытали опыт, что как только МЫ действительно увлечёмся другим, как он потеряет к НАМ интерес 
  • МЫ находились в напряжении: возрастал, возникал ответный интерес, внимание к другому, и НАМ надо было не подавать виду, а лучше, чтобы он не возникал, иначе МЫ лишимся и того количества внимания, интереса от другого, которое получаем, имеем сейчас 
  • МЫ боялись идти на какие-то инициативы, действия, решения, линию поведения в отношениях, смену линии поведения, привычных шаблонов отношений 
  • МЫ думали, испытывали опыт, что инициативы в отношениях, смена привычных, взаимно негласно принятых, выработанных шаблонов ведения отношений отпугивают другого, он просто сбегает, бросает НАС 
  • если МЫ увлекались кем-то, то оказывались в тупике 
  • МЫ боялись сделать что-то не так, отпугнуть, спугнуть другого, того, кто НАМ нравился 
  • Мы предпочитали/выбрали/осознанно или неосознанно стремились никем не увлекаться 
  • НАМ было легче отвечать/не отвечать на увлечение НАМИ другого 
  • НАМ было сложно, тяжело, не хотелось вникать в запутанные, противоречивые отношения – увлечься кем-то и думать, как балансировать на грани «получать самим удовольствие от увлечённости им – льстить ему, заинтересовать его своей увлечённостью им – не спугнуть, не отпугнуть его чрезмерной увлечённостью» 
  • для НАС были привлекательными, желанными, НАМ нравились, НАС притягивали, вызывали желание получить их, обладать ими, отношениями с ними те, кто были эмоционально сдержаны по отношению к НАМ и вообще к людям, принимая в то же время НАШЕ внимание — то есть, как правило, эгоистичные люди 
  • физическая/энергетическая/эмоциональная/интеллектуальная привлекательность человека отпугивала НАС//привлекала НАС//вызывала у НАС автоматически желание, тягу, стремление приблизиться, быть, оказаться где-то рядом с ним, поблизости//очаровывала НАС//МЫ теряли ощущение Я, интерес к Я//хотели навсегда, как можно дольше оставаться с этим человеком, отношений с этим человеком 
  • физическая/энергетическая/эмоциональная/интеллектуальная привлекательность человека вызывала у НАС чувство, ощущение собственной неполноценности, что МЫ что-то важное, главное в жизни упустили//желание, стремление, попытки подражать, быть похожими, такими же, скопировать, вести себя, образ жизни этого человека 
  • физическая/энергетическая/эмоциональная/интеллектуальная привлекательность человека внушала НАМ опасения, страх, сомнения, неуверенность, что НАМ удастся приблизиться к этому человеку, войти в его круг общения, близких знакомых, каких-то отношений 
  • физическая/энергетическая/эмоциональная/интеллектуальная привлекательность человека вызывала у НАС зависть, жадность, раздражение, злость, обиду, горечь 
  • физическая/энергетическая/эмоциональная/интеллектуальная привлекательность человека гипнотизировала НАС 
  • физическая/энергетическая/эмоциональная/интеллектуальная привлекательность человека вызывала у НАС неприятие, отвержение себя, обесценивание НАШЕГО образа жизни в собственных глазах, всего, что МЫ можем/умеем/сделали/как МЫ жили/что происходило в НАШЕЙ жизни 
  • физическая/энергетическая/эмоциональная/интеллектуальная привлекательность человека вызывала у НАС переоценку всей НАШЕЙ жизни 
  • кто-либо становился НАШЕЙ очередной навязчивой идеей 
  • МЫ привыкли, что постоянно имеем, переключаемся между одними и теми же людьми-навязчивыми идеями 
  • МЫ думали, смирились, что по-другому не можем – чтобы НАМ жить, НАМ нужны люди-навязчивые идеи в голове 
  • МЫ не хотели, избегали, боялись реальных контактов, взаимоотношений с НАШИМИ людьми-навязчивыми идеями в голове 
  • МЫ боялись, пытались, хотели избежать любых нападок реальности на НАШИХ людей-навязчивые идеи в голове 
  • Люди-навязчивые идеи из НАШЕЙ головы были/становились всё более оторваны от остальной НАШЕЙ реальности 
  • МЫ поощряли эту оторванность 
  • МЫ, осознавая или не осознавая, требовали в отношениях, комфортно себя чувствовали в отношениях, только если отношения фокусировались на НАШЕМ/другого мире и интересах, главным образом – личном мире 
  • МЫ с удивлением обнаруживали, что НАШ прежний мучитель в отношениях тоже цепляется за НАС 
  • МЫ этому не верили/не могли поверить/не хотели верить 
  • МЫ искали очередную дозу отношений/того, что НАС разрушало, мучило, вызывало дискомфорт, страдания 
  • напряженность нового режима и ограничения, которые он накладывал на НАШУ личную жизнь, усиливали НАШУ потребность в преданном друге, постоянных отношениях, иметь кого-то, с кем НАМ комфортно, всё время под рукой, когда НАМ надо 
  • МЫ хотели, вынуждали себя видеть НАС в роли ответственного взрослого человека 
  • НАША повседневная жизнь, то, что чаще всего происходило в НАШЕЙ жизни, течение, режим, ритм НАШЕЙ жизни НАС не удовлетворяли 
  • неудовлетворённость НАШЕЙ повседневной жизнью вынуждала, толкала НАС на уход в фантазии/на аддикцию/на желание, поиск, воображение аддиктивных отношений 
  • МЫ активно искали новых знакомств, ожидая, что они удовлетворят НАШИ аддиктивные потребности 
  • периоды независимости у НАС ассоциировались, воспринимались НАМИ как периоды одиночества, неудачливости в поиске, поддержании отношений 
  • МЫ переживали длительные периоды независимости 
  • у НАС возникало/не возникало стойкое увлечение кем-либо 
  • НАС беспокоило, что у НАС не возникает стойкого увлечения кем-либо 
  • МЫ думали, что раз у НАС не возникает стойкого увлечения кем-либо, стойкой удовлетворённости отношениями, то с НАМИ что-то не так, не в порядке 
  • МЫ нереалистически захваливали, переоценивали/недооценивали кого-либо 
  • МЫ умеряли свои требования к жизни, своей повседневной жизни 
  • МЫ думали, переживали, огорчались, сердились на себя, что это уступки, что МЫ сдались, испугались, отступили, что это неправильно – умерять свои требования к жизни, повседневной жизни 
  • МЫ пугали себя, что теперь не получим того чудесного, что могли бы, если бы не сдались, а продолжали настаивать на своих требованиях к жизни, своей повседневной жизни 
  • Признав, что ни одни отношения не могут НАМ дать всего/главного/самого важного, в чем МЫ нуждаемся, МЫ принимались заполнять своё время деятельностью, всякой ерундой, фантазиями 
  • МЫ привносили аддиктивные тенденции во множество последовательных или одновременных отношений 
  • МЫ предпочитали временные, но страстные отношения 
  • МЫ искали временные, но страстные отношения 
  • МЫ предпочитали традиционно устойчивые отношения 
  • МЫ искали традиционно устойчивые отношения 
  • у НАС было, НАМИ двигало глубинное, осознаваемое или неосознаваемое НАМИ, желание найти, получить, иметь постоянную связь 
  • МЫ искали мужчин/людей лишь для того, чтобы заполнить свободное время и забыться, что и является наиболее универсальным компонентом аддикции. 
  • Никогда не проводя свободное время одни, МЫ ходили куда-нибудь/искали, придумывали, куда бы сходить каждый вечер 
  • МЫ думали, убеждали себя, что пока МЫ молоды, лучше, умнее пытаться быть, поспеть в сотню мест, познакомиться, провести время с как можно большим количеством людей 
  • для НАС было важно, значимо, со сколькими людьми МЫ познакомились, пообщались, встретились в течение недели/дня – и чем больше, тем лучше МЫ себя чувствовали; а чем меньше – тем хуже МЫ себя чувствовали 
  • МЫ думали, убеждали себя, что это хорошо и правильно – придумывать, куда бы пойти, с кем бы встретиться; неправильно сидеть дома, одним, если есть возможность, можно придумать, получить развлечение извне, где-то там 
  • МЫ заполняли время сидением дома, одним, занимаясь чем-то одним, но старательно подавляя идею, мысли, что МЫ бессмысленно, глупо, неправильно тратим свою жизнь, утешали себя, что это просто период, передышка, чтобы набраться сил, энергии, восстановиться для людей, событий внешней жизни 
  • МЫ жалели об упущенных возможностях, вспоминали об упущенных возможностях – провести время с кем-то, вовне 
  • Я только позволяю этому случиться – было НАШИМ осознаваемым или неосознаваемым девизом 
  • МЫ считали, что это хорошо, правильно, идеал, старались этому соответствовать - Я только позволяю этому случиться 
  • МЫ думали, что «Я только позволяю этому случиться» убережёт, предохранит НАС от разочарований, несоответствий НАШИМ ожиданиям, желаниям, представлениям, фантазиям 
  • МЫ думали, надеялись, что отсутствие/неосознавание/непризнание интеллектуально ожиданий, желаний, мыслей, представлений, фантазий, желанных образов – залог их реального отсутствия, что они не будут на НАС, НАШУ жизнь, НАШЕ эмо состояние влиять, у НАС не будет разочарований, обид, горьких чувств, боли 
  • МЫ были доступны для всех, открыты всем, любым контактам, знакомствам, общению (по крайней мере, НАМ так казалось, нравилось так думать о себе), избегая обязательств по отношению к кому бы то ни было 
  • МЫ были зрителями своего собственного существования 
  • это для НАС было идеалом 
  • МЫ старались осуществить, поддерживать этот образ себя в действительности 
  • МЫ играли в понравившийся НАМ образ себя 
  • МЫ навязчиво оттачивали на ком-то/в ситуациях понравившийся НАМ образ себя 
  • МЫ играли в казавшийся НАМ подходящий, соответствующий ситуации образ себя 
  • Разговор становился НАМ интересным, только принимая форму поверхностной игры образами, где не было реальных людей: ни НАС, ни другого 
  • Присутствие матери/отца/родителей/деятельности/работы/родственников/сильного увлечения/сильной, поглощающей, захватывающей фантазии, желания - обеспечивало НАМ стабилизирующий фактор, который МЫ, будучи предоставлены сами себе, искали в мужчинах/отношениях 
  • будучи предоставлены сами себе, МЫ терялись и совсем не были себе нужны вот так, один на один, наедине, слишком интимно, слишком близко, слишком лично 
  • В водовороте своего беспечного и рассеянного существования, МЫ внутренне тосковали по репрессиям 
  • МЫ думали, зачем НАМ собирать информацию, чем-то интересоваться, если мужчины, другие люди всё равно НАМ интереснее об этом расскажут, чем МЫ сами узнаем 
  • МЫ думали, зачем НАМ интересоваться чем-то, собирать информацию, переживать какой-то опыт вне людей, если в людях, в отношениях это интереснее, продуктивнее, быстрее, МЫ получим больше удовольствия и сэкономим время, в т.ч. на борьбу с собой, внутренним сопротивлением это усваивать, осваивать 
  • общение, контакт с кем-либо казался НАМ слишком личностным, интимным 
  • слишком личностный, интимный, неповерхностный контакт с кем-либо отпугивал НАС, НАМ хотелось побыстрее сбежать, прервать, закончить контакт, выйти из него 
  • МЫ очень хотели заниматься чем-нибудь другим/жить как-то по-другому/не быть такими зависимыми от других, так привязанными к ним, чтобы они не жили в НАШЕЙ голове постоянно, в ущерб НАМ самим, но не могли собраться с силами, чтобы покончить со своей такой профессиональной, личной жизнью, пока была возможность оставаться в подчиненном положении, а главные решения принимались кем-то старшим 
  • Всякий раз, сидя в одиночестве — например, пробуя читать — МЫ скоро начинали чувствовать напряжение 
  • МЫ сердились на себя за это, за то, что не можем, хотя решили – посидеть в одиночестве, почитать, посмотреть фильм 
  • МЫ думали, зачем же НАМ делать одним, если можно/лучше/ничего в самой деятельности, НАШЕМ получении от неё не меняется – делать с кем-то, вместе, в приятной компании 
  • НАМ было легче, приятнее делать, если МЫ думали, что делаем для кого-то, даже если это незримо, они не заметят 
  • МЫ с испугом обнаруживали, что уже не можем, не хотим пойти куда-то/заняться чем-то одним//что МЫ впадаем в панику, ужас, у НАС автоматически портится настроение при мысли пойти куда-то одним, заняться чем-то одним, ничем не заниматься, а просто быть одним, что НАС не позвали/не позовут куда-то 
  • МЫ начинали лихорадочно высчитывать, сколько времени НАМ, скорее всего, придётся пробыть одним/сколько времени до момента, когда МЫ точно увидим людей/до назначенной встречи/до момента, когда можно, прилично куда-то пойти, позвать с собой 
  • МЫ считали, что это счастливая мысль пришла НАМ в голову, радовались – что можно же делать, идти, побыть не одним! можно же кого-то позвать с собой 
  • НАМ становилось, было/МЫ с испугом обнаруживали, что НАМ всё равно – с кем проводить время – лишь бы были какие угодно люди 
  • МЫ считали ужасным, бесчеловечным, использованием других людей – когда НАМ всё равно, с кем проводить время - лишь бы были какие угодно люди 
  • МЫ осуждали себя за это, испытывали вину, стыд, недовольство собой, неприятие себя 
  • МЫ убеждали себя, что это вовсе не так – МЫ себя утешаем, защищаем, уберегаем от удара своё болезненное тщеславие, а на самом деле МЫ просто не можем получить, НАМ не даёт своё общество, внимание тот, от кого МЫ это хотели бы получить 
  • НАМ было мало получить от ситуации – МЫ хотели, верили в доп бонус, если в ситуации, с НАМИ были люди 
  • МЫ думали, что МЫ одни/только МЫ так болезненно озабочены людьми 
  • МЫ думали, убеждали себя, подбадривали себя, что стоит НАМ найти, получить постоянные отношения, стабильного партнёра/компанию – и эта болезненная озабоченность людьми, тяга к ним сама собой пройдёт 
  • Мы искали, придумывали, что можно/надо исправить, изменить в себе, дополнительно приобрести (способности, умения, внешность, внешний вид…), чтобы привлекать людей одним своим присутствием, существованием, чтобы они шли, тянулись к НАМ, а не МЫ к ним 
  • Мы думали, что НАМ что-то ещё/другое нужно, что-то дополнительное, чтобы притягивать людей к себе 
  • НАС унижало, НАМ не льстило в собственных глазах, НАМ не нравилось, НАС угнетало, что МЫ так болезненно тянемся к людям, так зависимы от них, причём не созависимы 
  • МЫ мечтали, фантазировали, пытались создавать реальность, в которой к НАМ тянутся также болезненно, как МЫ сейчас 
  • МЫ думали, почему так несправедливо, что МЫ ни от кого не получаем той же, такой же болезненной тяги по отношению к НАМ, какую МЫ даём, транслируем людям 
  • МЫ пытались, надеялись получить общение, контакт с кем-либо через другого человека 
  • НАМ было стыдно, виновато, неловко, что МЫ пытаемся, надеемся получить общение, контакт с кем-либо через другого человека 
  • МЫ надеялись, практически открыто, виноватым голосом транслировали «откажи мне», «пусть у меня не получится тебя обмануть», «пусть у меня не получится это получить» 
  • МЫ злоупотребляли контактами с людьми 
  • МЫ изматывались в количестве, интенсивности контактов с людьми 
  • вся НАША жизнь была круговоротом социализации 
  • МЫ погрязали/уже не могли остановиться, отделаться от круговорота социализации 
  • МЫ без разбора использовали людей в качестве объектов аддикции 
  • МЫ искали, пытались получить надёжный эмо объект 
  • Энергия, которую МЫ производили в своей безостановочной социальной жизни, становилась невыносимой разрушительной силой, если направлялась на НАШЕ собственное уязвимое существо 
  • МЫ всегда "собирались вместе" с кем-то другим 
  • Это только отодвигало НАС еще дальше от соприкосновения с работой и самими собой, и вызывало дополнительную тревогу 
  • МЫ опять искали спасения в том единственном направлении, которое знали — в злоупотреблении людьми. 
+6
11:53
747
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...