АнтиГурджиев 2 - цитатник

  • Список
Зачистка знаний полученных из книг П.Д.Успенского и Гурджиева.
Время чтения:
17 мин.
• Гурджиев часто возвращался к этому примеру "тюрьмы" и "побега из тюрьмы".
" чтобы заключенный имел возможность бежать в любую минуту, он должен прежде всего понять, что он находится в тюрьме. До тех пор, пока он это не уяснит, пока считает себя свободным, у него нет никаких шансов. "
Никто не в состоянии помочь ему или освободить насильно, против его воли, наперекор желаниям. Если освобождение возможно, оно возможно только как результат огромного труда и усилий, прежде всего, сознательных усилий, направленных к определенной цели.

• - Совершенно верно, - сказал Гурджиев, - люди очень непохожи друг на друга; но подлинную разницу между ними вы не знаете и не можете знать.
Различия, о которых вы говорите, просто не существуют. Это нужно понять. Все люди, которых вы видите, все люди, которых вы можете узнать впоследствии, - все это машины, настоящие машины, которые работают, как вы сами выразились, под влиянием внешних воздействий. Они рождены машинами и умрут машинами.
Каким образом дикари и мыслящие люди дошли до этого? Даже сейчас, в тот момент, когда мы беседуем, несколько миллионов машин пытаются уничтожить друг друга. Какая между ними разница? Где тут дикари и где мыслящие люди?
Все одинаковы...

• "Но есть возможность перестать быть машиной. Вот о чем мы должны думать, а не о том, какие существуют виды машин. Конечно, есть разные машины: автомобиль - это машина, граммофон - машина, и ружье - тоже машина. Но что из того? Все это одно и то же - все машины..."

• - Может ли человек перестать быть машиной? - задал я вопрос.

- А! В этом-то и дело, - ответил Гурджиев. - Если бы вы почаще задавали такие вопросы, мы, возможно, достигли бы в наших беседах какого-то результата. Можно перестать быть машиной, но для этого необходимо прежде всего знать машину. Машина, настоящая машина, не знает и не может знать себя. А машина, которая знает себя, уже не машина; по крайней мере, не та машина, какой она была раньше. Она начинает проявлять ответственность за свои действия.

- Это означает, по-вашему, что человек не ответственен за свои действия? - спросил я.

- Человек (он подчеркнул это слово) ответственен. А машина - нет,

• - Да, - сказал Гурджиев, - при помощи чтения можно найти многое. Возьмите, например, себя. Вы уже могли бы знать порядочно, если бы умели читать. Я хочу сказать, что если бы вы поняли все, что прочли за свою жизнь, вы бы уже знали то, чего сейчас ищете. Если бы вы понимали все, что написали в своей книге... как ее? - и он сделал нечто совершенно невозможное из слов "Tertium Organum", - я пришел бы к вам с поклоном и просил бы учить меня. Но вы не понимаете ни того, что читаете, ни того, что пишете. Вы даже не понимаете, что значит слово "понимать". Однако понимание существенно, и чтение способно принести пользу только тогда, когда вы понимаете то, что
читаете. Впрочем, никакая книга не в состоянии дать подлинную подготовку. То, что человек знает хорошо (он сделал ударение на слове "хорошо"smiley, и есть его подготовка. Если человек знает, как хорошо сварить кофе, как хорошо
сшить сапоги, - ну что ж, тогда с ним уже можно разговаривать. Беда в том, что ни один человек ничего не знает хорошо. Все, что он знает, он знает кое-как, поверхностно.

- Что делать? - спросил Гурджиев, как бы удивившись. - Делать что-то невозможно. Прежде всего человек должен кое-что понять. У него тысячи ложных идей и ложных понятий, главным образом, о самом себе. И он должен избавиться от некоторых из них, прежде чем начинать приобретать что-то новое. Иначе это новое будет построено на неправильном основании, и результат окажется еще хуже прежнего.

- Как же нам избавиться от ложных идей? - спросил я. - Мы находимся в зависимости от форм нашего восприятия. Ложные идеи создаются формами нашего восприятия.

Гурджиев покачал головой.

- Опять вы говорите о чем-то другом, - сказал он. - Вы говорите об ошибках, возникающих из восприятия, а я говорю не о них. В пределах данных восприятия человек может более или менее ошибаться.
• Однако, как я сказал раньше, главное заблуждение человека - это его уверенность в том, что он может что-то делать. Все люди думают, что они могут что-то делать, все люди хотят что-то делать; и первый вопрос, который задают люди, - это вопрос о том, что им делать. Но в действительности никто ничего не делает, и никто ничего не может делать. Это первое, что нужно понять. Все случается. Все,
что происходит с человеком, все, что сделано им, все, что исходит от него, - все это случается. И случается точно так же, как выпадает дождь после изменений в верхних слоях атмосферы или в окружающих облаках, как тает снег, когда на него падают лучи солнца, как вздымается ветром пыль.

"Человек - это машина. Все его дела, поступки, слова, мысли, чувства, убеждения, мнения и привычки суть результаты внешних влияний, внешних впечатлений. Из себя самого человек не в состоянии произвести ни одной мысли, ни одного действия. Все, что он говорит, делает, думает, чувствует, все это случается. Человек не может что-то открыть, что-то придумать. Все это случается.

"Установить этот факт для себя, понять его, быть убежденным в его истинности - значит избавиться от тысячи иллюзий о человеке, о том, что он якобы творчески и сознательно организует собственную жизнь и так далее.

• "Когда вы поймете это, нам гораздо легче будет вести беседу. Но одно дело - понимать все умом, а другое - ощущать "всей своей массой", быть по-настоящему убежденным в том, что дело обстоит именно так, никогда об этом не забывать.

• - Значит, нет ничего, что можно было бы сделать, абсолютно ничего? - спросил я.

- Абсолютно ничего.

- И никто не может ничего сделать?

- Это другой вопрос. Для того, чтобы делать необходимо быть. А сначала необходимо понять, что это значит - быть.

• "Затем человек должен научиться говорить правду. Это также кажется вам странным. Вы не понимаете, как можно учиться говорить правду. Вы думаете, что вполне достаточно решить поступать так. А я скажу вам, что люди сравнительно редко говорят обдуманную ложь. В большинстве случаев они считают, что говорят правду. И тем не менее, они все время лгут - и тогда, когда желают обмануть, и тогда, когда желают сказать правду. Они постоянно лгут и себе, и другим. Поэтому никто никогда не понимает ни себя, ни другого. Подумайте, разве могло бы возникнуть такое глубокое непонимание, такой разлад, такая ненависть к чужим мнениям и взглядам, если бы люди были в состоянии понимать друг друга? Но они не в силах понимать друг друга, ибо не могут не говорить лжи. Говорить правду - самая трудная вещь на свете; и для того, чтобы говорить правду, необходимо долго и много учиться. Одного желания здесь недостаточно. Чтобы говорить правду, нужно знать, что такое
правда и что такое ложь - прежде всего, в самом себе. А знать это никто не желает."

• "Свобода, освобождение - вот что должно быть целью человека. Стать свободным, избавиться от рабства - вот к чему должен стремиться человек, если он хотя бы отчасти осознает свое положение. Для него более ничего не существует; и пока он остается рабом как во внутренней, так и во внешней жизни, все остальное невозможно. Но он не в состоянии избавиться от рабства во внешней жизни, пока остается рабом во внутренней. Поэтому для того, чтобы сделаться свободным, человек должен завоевать внутреннюю свободу.

"Первая причина внутреннего рабства человека - это его невежество, - прежде всего, незнание самого себя. Без знания себя, без понимания работы и функций своей машины человек не в состоянии управлять собой, не в состоянии быть свободным; а без этого он навсегда останется рабом и игрушкой действующих на него сил.

• Очень часто, почти в каждой беседе, Гурджиев возвращался к вопросу об отсутствии в человеке единства.

- Одна из главных ошибок человека, - говорил он, о которой необходимо помнить, - это его иллюзия относительно своего "я".

"Человек, каким мы его знаем, "человек-машина", который не в состоянии что-либо "делать", с которым и через которого все "случается", лишен постоянного и единого "я". Его "я" меняется так же быстро, как его мысли, чувства и настроения; и он совершает большую ошибку, считая себя всегда одним и тем же лицом; в действительности, он - всегда другая личность, не та, какой он был мгновение назад.

• "Человек, не имеет постоянного и неизменного "я". Каждая мысль, каждое настроение, каждое желание, каждое ощущение говорят: "Я". И в любом случае считается несомненным, что это "я" принадлежит целому, всему человеку, что мысль, желание или отвращение выражены этим целым. На самом же деле для такого предположения нет никаких оснований. Всякая мысль, всякое желание человека появляются и живут совершенно отдельно и независимо от целого. И целое никогда не выражает себя по той причине, что оно, как таковое, существует только физически, как вещь, а в абстрактном виде - как понятие. Человек не обладает индивидуальным Я. Вместо него существуют сотни и тысячи отдельных маленьких "я", нередко совершенно неизвестных друг другу, взаимоисключающих и несовместимых. Каждую минуту, каждое мгновение человек говорит или думает: "я". И всякий раз это "я" различно.
Только что это была мысль, сейчас это желание или ощущение, потом другая мысль - и так до бесконечности. Человек - это множественность. Имя ему - легион.
"Смена "я", их постоянная и явная борьба за верховенство контролируется внешними влияниями. Тепло, солнечный свет, хорошая погода- немедленно вызывают целую группу "я"; холод, туман, дождь вызывают другую группу "я", иные ассоциации, иные чувства и действия. В человеке нет ничего, способного контролировать эту смену "я", - главным образом потому, что человек ее не замечает или не осознает; он всегда живет в последнем "я". Конечно, некоторые "я" бывают сильнее других. Но это не их сознательная сила; просто такими их создала сила случайностей или механических внешних стимулов. Воспитание, подражание, чтение, гипнотизирующее влияние религии, касты и традиций, очарование новых лозунгов - создают в личности человека очень сильные "я", которые господствуют над целыми группами других "я", более слабых. Их сила - это сила вращающихся "валов".
И все "я", образующие человеческую личность, того же происхождения, что эти "валы": они - результаты внешних влияний; и те, и другие приводятся в движение и управляются внешними воздействиями ближайших моментов.
Человек не имеет индивидуальности; у него нет единого большого Я.
Человек расщеплен на множество мелких "я".
"И каждое отдельное малое "я" может называть себя именем целого, действовать во имя целого, соглашаться или не соглашаться, давать обещания, принимать решения, с которыми придется иметь дело другому "я" или всему целому. Этим объясняется, почему люди так часто принимают решения и так
редко их выполняют.
Человек решает, начиная с завтрашнего дня, рано вставать. Это решение принимает одна группа "я"; а подъем с постели есть дело другого "я", которое совершенно не согласно с таким решением, возможно, даже ничего о нем не знает. Утром человек, конечно, вновь будет спать, а вечером опять решит вставать рано. В некоторых случаях это имеет очень
неприятные для человека последствия. Малое, случайное "я" может в какой-то момент; что-то пообещать уже не себе, а кому-то другому, просто из тщеславия или для развлечения. Затем это "я" исчезает; но человек, т.е. сочетание
других "я", совершенно не ответственных за это обещание, вынужден расплачиваться за него в течение всей своей жизни. В том-то и трагедия человеческого существования, что каждое малое "я" имеет право подписывать чеки и векселя, а человек, т.е. целое, вынужден их оплачивать. Нередко вся жизнь человека и состоит в том, чтобы оплачивать векселя малых, случайных "я".

• "Принцип "Познай самого себя!" заключает в себе очень богатое содержание.
Он требует, во-первых, чтобы человек, желающий познать себя, понимал, что это значит, с чем это связано, что из этого с необходимостью вытекает.

"Знание себя - великая, но в то же время очень неясная и далекая цель. В своем нынешнем состоянии человек далек от самопознания.
Поэтому, строго говоря, нельзя даже и определить его цель как самопознание. Важнейшей его целью должно стать изучение себя, а более близкой и простой - начало самоизучения и правильного самопознания.

"Изучение себя - это работа, это путь, который ведет к самопознанию.
"Но для того, чтобы изучать себя, человеку нужно сперва узнать, как это делать, с чего начинать, какие методы применять. Человек должен выучиться принципам самоизучения, ознакомиться с его методами.

"Главный из этих методов - самонаблюдение. Без правильно применяемого самонаблюдения человек не поймет связь и соотношение между разнообразными функциями своей машины, никогда не поймет, как и почему в каждом отдельном случае с ним все "случается".

• "Есть два метода самонаблюдения: анализ или попытка анализа, т.е.попытка найти ответы на вопросы, отчего происходит то или иное явление,почему существует такая зависимость; второй метод - это регистрация, просто "запись" в уме того, что наблюдается в данный момент.
"Самонаблюдение, особенно вначале, никоим образом не должно становиться анализом или попыткой анализа. Анализ станет возможным лишь гораздо позднее,когда человек узнает все функции своей машины и все управляющие ею законы.

"Пытаясь анализировать какое-то явление, с которым он встречается в самом себе, человек обычно спрашивает: что это такое? почему оно случилось так, а не как-нибудь иначе? И вот он начинает искать ответы на эти вопросы, совершенно забывая о дальнейших наблюдениях. Все более и более погружаясь в подобные вопросы, он совершенно теряет нить самонаблюдения и даже забывает о нем, так что наблюдение прекращается. Из этого ясно, что продолжаться может только одно: или наблюдения, или попытки анализа.

• "С самого начала наблюдение, или "запись", должно основываться на понимании фундаментальных принципов деятельности человеческой машины. Без знания этих принципов, без того, чтобы постоянно иметь их в виду, нельзя должным образом применить самонаблюдение. Поэтому обычное самонаблюдение, которым заняты все люди на протяжении целой жизни, совершенно бесполезно и ни к чему не приводит.

"Наблюдение должно начаться с разделения функций. Вся деятельность человеческой машины подразделяется на четыре определенных группы явлений, каждая из которых находится под контролем особого ума, или "центра". Наблюдая за собой, человек должен дифференцировать четыре основных функции своей машины: мыслительную, эмоциональную, двигательную и инстинктивную.
Любое явление, которое человек наблюдает внутри себя, относится к одной из этих функций.
Поэтому, прежде чем начинать наблюдения, человек должен понять, как различаются эти функции - что такое интеллектуальная деятельность, что - эмоциональная, что - двигательная и что - инстинктивная.

"Наблюдение следует вести как бы впервые: весь прошлый опыт, все результаты предыдущего самонаблюдения необходимо отложить в сторону. Человек должен начать наблюдение себя, как если бы он совсем не знал и никогда не наблюдал себя.

"Когда он начинает наблюдать себя, он должен постараться сразу же определить, к какой группе явлений, к какому центру принадлежат наблюдаемые им в данный момент явления.

"Некоторым людям трудно понять разницу между мыслью и чувством; другим нелегко уяснить различие между мыслью и двигательным импульсом.

"Подходя к вопросу очень широко, можно сказать, что мыслительная функция всегда работает посредством сравнения. Интеллектуальные заключения оказываются результатом сравнения двух или более впечатлений.

"Ощущение и эмоция не рассуждают, не сравнивают. Они. просто определяют данное впечатление по его аспекту, по тому, приятно оно или неприятно в том или ином смысле - по цвету, вкусу, запаху.
Эти ощущения, так называемые "пять чувств", а также ощущения тепла, холода и т.п. суть инстинктивные функции.
Чувственные же функции, или эмоции, всегда приятны или неприятны, индифферентных эмоций не
существует.

"Трудность различения между функциями возрастает вследствие того факта, что люди весьма отличаются друг от друга тем, как они эти функции чувствуют.
Вот этого мы обычно не понимаем. Мы считаем людей гораздо более одинаковыми, чем они на самом деле бывают. В действительности, однако, между ними существуют большие различия в формах и методах, восприятий.
Некоторые воспринимают главным образом при помощи ума, другие - чувствами, третьи - ощущениями. Для людей разных категорий и способов восприятий очень трудно, почти невозможно понять друг друга, потому что они дают одной и той же вещи разные наименования или разным вещам одно и то же наименование. Кроме того, возможны и всякие иные комбинации. Один человек воспринимает мыслями и ощущениями, другой - мыслями и чувствами и так далее.
Тот или иной способ восприятия непосредственно связан с теми или иными видами реакций на внешние события. Результаты такой разницы в восприятиях и реакциях на внешние события всегда выражаются, во-первых, в том, что люди не понимают друг друга, во-вторых, в том, что они не понимают и самих себя. Очень часто случается именно последнее.

• Поэтому когда человек принимается изучать себя, он должен понимать, что если он откроет в себе нечто неприятное, он не сможет это качество изменить.
Изучать - это одно, а изменять другое.

• "В обычных условиях изменение невозможно. Дело в том, что, желая что-то изменить, человек хочет изменить только эту сторону своей личности. Но в машине все взаимосвязано, и каждая функция неизбежно уравновешена какой-то другой функцией или целой их совокупностью, хотя мы и не осознаем внутренней взаимосвязи различных функций.

Машина в каждый момент деятельности уравновешена во всех своих деталях. Если человек замечает в себе что-то
такое, что ему не нравится, и начинает совершать усилия, чтобы изменить это качество, он может добиться известного результата. Но одновременно с этим результатом он обязательно получит и другой, которого он ни в коем случае не
ждал, не желал и даже не предполагал. Стараясь уничтожить или разрушить все, что ему не нравится, совершая с этой целью усилия, он нарушает равновесие машины, а она стремится восстановить его - и создает новую функцию, которой
человек не мог предвидеть.

• "Вместе с тем, наблюдая работу центров, мы будем видеть, наряду с правильной их деятельностью, деятельность неправильную. т.е. работу одного центра вместо другого - попытки мыслительного центра чувствовать или притворяться чувствующим, попытки двигательного центра думать и чувствовать
и т.п. ........
Если в этот момент вместо мыслительного центра начнет работать эмоциональный он внесет путаницу, и результаты его вмешательства будут самыми неудовлетворительными.
У человека неуравновешенного типа почти всегда происходит замена одного центра другим, и это как раз и означает "неуравновешенность", или "невроз".
Каждый центр как бы старается передать свою работу другому, а вместо нее выполнять работу другого центра, к которой он не приспособлен.
Эмоциональный центр, работая вместо мыслительного, приносит ненужную нервность, лихорадочность и поспешность в таких ситуациях, где, наоборот, важны обдуманность и трезвое суждение. Мыслительный центр, работая вместо эмоционального, вносит раздумья в такие положения, которые требуют быстрых решений, а это делает человека неспособным увидеть особенности и тонкие стороны данной ситуации. Мысль чересчур медленна; она вырабатывает определенный план действий и продолжает придерживаться его, даже если изменившиеся обстоятельства делают необходимым совершенно иной образ действий. Кроме того, вмешательство мыслительного центра вызывает иногда ошибочные реакции, так как он не способен понять оттенки и отличительные черты многих событий. ........
Сытый голодного не разумеет. ........

"Двигательный центр, работая вместо мыслительного, порождает, например, механическое чтение или слушание, как это бывает, когда человек читает или слушает только слова и совершенно не сознает их смысла. Обыкновенно это происходит, когда внимание, т.е. направление деятельности мыслительного центра, занято чем-то другим, а двигательный центр в это время старается заменить отсутствующий мыслительный центр; ".....

• "Следующим объектом самонаблюдения должны стать привычки вообще. Всякий взрослый человек целиком состоит из привычек, хотя зачастую не осознает этого и даже уверен, что он вообще избавлен от привычек.

"Уже при первой попытке изучить элементарную деятельность двигательного центра человек выступает против привычек. Например, он пожелал изучить свои движения, пронаблюдать за своей ходьбой. Но ему никогда не удастся осуществить это долее одного мгновения, если он будет продолжать шагать при
этом обычным способом."...

• "В сфере эмоций очень полезно попытаться бороться с привычкой давать немедленное выражение своим неприятным чувствам. Многим людям очень трудно удержаться от выражения своих чувств, вызванных, например, плохой погодой. Еще труднее им не выражать неприятные эмоции, когда они обнаруживают, что кто-то или что-то нарушает то положение вещей, которое они считают порядком или справедливостью.

"Помимо того, что борьба с выражением неприятных эмоций- очень хороший метод самонаблюдения, она имеет и другое значение: это одно из немногих направлений, в котором человек может изменить себя, не создавая других нежелательных привычек. Поэтому самонаблюдение и самоизучение с первых же шагов должны сопровождаться борьбой с выражением неприятных эмоций.

• "Если человек выполняет все эти правила при самонаблюдении, он отметит очень важные аспекты своего бытия, целую их серию. Прежде всего он с безошибочной ясностью установит тот факт, что его действия, мысли, чувства и слова суть результаты внешних влияний, и ничто из них не приходит от него самого.
Он поймет и увидят, что фактически является автоматом, действующим под влиянием внешних стимулов.
Он ощутит свою полную механичность, почувствует, что все "случается", что он не может ничего "делать". Он - машина, управляемая случайными внешними толчками. Каждый толчок вызывает на поверхность одно из его "я". Новый толчок - и это "я" исчезает, а его место занимает другое "я". Еще одно небольшое изменение в окружающей среде - и появляется новое "я".

• "Взятое само по себе, бытие человека имеет много разных сторон. Самая характерная черта современного человека это отсутствие в нем единства, далее - отсутствие даже следов тех свойств, которые он так любит себе приписывать: "ясного сознания", "свободной воли", "незыблемого Я", "способности к действию".
Вы удивитесь, если я скажу, что главной чертой бытия современного человека, объясняющей все его недостатки, является сон.
"Современный человек живет во сне; во сне он рождается и во сне умирает. О самом сне и его роли и значении в жизни мы поговорим позднее; а сейчас я прошу вас подумать только об одном: какое знание может быть у человека, погруженного в сон? Если вы подумаете об этом, памятуя, что сон является главной чертой нашего бытия, вам сразу же станет ясно, что, если человек по-настоящему желает знания, он должен прежде всего подумать о том, как пробудиться, как изменить свое бытие.

• "Знание - это одно, понимание - другое.

• "Знание само по себе не дает понимания; и понимание не увеличивается благодаря росту одного лишь знания.
Понимание зависит от отношения знания к бытию, это - равнодействующая знания и бытия.
И знание не должно отходить от бытия чересчур далеко, иначе понимание окажется слишком далеким от того и другого.
Вместе с тем, отношения между знанием и бытием не меняются вследствие простого роста знания.
Они изменяются только тогда, когда бытие и знание растут одновременно.
Иными словами, понимание возрастает лишь с возрастанием уровня бытия.

"В обыденном мышлении люди не отличают понимание от знания. Они думают, что большее понимание зависит от большего знания. Поэтому они накапливают знание - или то, что называют знанием, - но им не известно, как накопить понимание; и сам этот вопрос их не беспокоит.


• "Различие между знанием и пониманием станет ясным, когда мы увидим, что знание может быть функцией одного центра; а вот понимание представляет собой функцию трех центров. Таким образом, мыслительный аппарат может знать нечто.
Но понимание появляется лишь тогда, когда человек чувствует и ощущает все, что с этим связано.

• "В сфере практической деятельности люди очень хорошо сознают разницу между простым знанием и пониманием. Они видят, что просто знать и знать, как сделать что-то, две разные вещи. Знание того, как сделать, не создается одним лишь знанием. Но за пределами практической жизни люди не уясняют себе, что такое "понимание".

"Как правило, люди видят, что не понимают какой-то вещи, - и тогда стараются найти название для того, чего "не понимают". И когда они найдут для этого какое-то название, они говорят, что "поняли".
Но "найти название" не значит "понять".
К несчастью, люди обычно довольствуются словами. Человек, знающий очень много названий, т.е. очень много слов, считается обладающим большим пониманием. Но так бывает, конечно, опять-таки за пределами практической деятельности, где его невежество обнаруживается очень быстро."

• Знание и понимание - не приходят без усилия

• Само существование таких теорий поясняет, почему знание не может прийти к людям. В то же время важно понять, что независимые
усилия человека достичь чего-то в этом направлении также могут не дать результатов. Человек обретает знания только с помощью тех, кто им обладает, - это необходимо понять с самого начала. Нужно учиться у того, кто знает."

• Люди часто думают, что понимание означает обнаружение имени, слова, титула, ярлыка для нового или неожиданного явления. Такой поиск или изобретение слов для неизвестных вещей не имеет ничего общего с пониманием. Напротив, если б нам удалось избавиться от половины наших слов, наши шансы обрести понимание увеличились бы.

• В обычном языке ложь - это искажение, либо, в некоторых случаях, сокрытие истины (или того, что люди считают истиной). Ложь такого рода играет очень важную роль в жизни, но имеются куда худшие формы лжи, когда люди сами не знают, что лгут. На прошлой лекции я говорил, что в нашем нынешнем состоянии истина нам неизвестна и что познать истину можно только в состоянии объективного сознания. Как же тогда возможна ложь? Кажется, что тут есть противоречие, но в действительности его нет. Мы не можем знать истину, но можем притязать на то, что знаем. А это и есть ложь. Ложь заполняет всю нашу жизнь. Люди притворяются знающими о самых разных вещах: о Боге, будущей жизни, Вселенной, о происхождении человека, об эволюции, обо всем, но в действительности они ничего не знают, даже о самих себе. И всякий раз, когда они говорят о том, о чем не знают, как будто знают это, они лгут. Следовательно, изучение лжи становится важнейшим делом психологии.

Ложь неизбежна в механической жизни. Никому не дано избежать ее, и чем больше кому-то кажется, что он свободен ото лжи, тем больше он в ней погряз. Жизнь, как таковая, не существует без лжи. Но психологически ложь имеет иной смысл. Она означает утверждение о том, чего не знаешь и знать не можешь, так, словно знаешь и можешь знать.

Вы должны понять, что я говорю ни с какой бы то ни было моральной точки зрения. Мы не дошли до вопроса, что является хорошим, а что плохим, само по себе. Я говорю с точки зрения практической - что полезно и что вредно для самопознания и саморазвития.

• Начав с этого, человек очень скоро обучается различать признаки, по которым он может знать свои вредные проявления. Он открывает, что чем больше он контролирует то или иное проявление, тем менее вредным оно является, и чем меньше он его контролирует, тем механичнее оно может быть и вреднее.

Когда человек это понимает, он начинает опасаться лжи, и не по моральным основаниям, а по тем, что свою ложь он не контролирует, что это ложь устанавливает над ним контроль, т. е. над всеми другими его функциями.

Вторая опасная черта, находимая им у себя, это воображение. Очень часто, начав наблюдение над собой, он приходит к выводу, что главной помехой наблюдению является воображение. Он хочет наблюдать за чем-то, а вместо этого начинается воображение по поводу этого самого предмета, и он забывает о наблюдении. Очень скоро он приходит к сознанию того, что люди приписывают слову "воображение" совершенно искусственное и незаслуженное значение творческой или избирательной способности. Он сознает, что воображение представляет собой разрушительную способность, что ему никогда не удастся добиться контроля над нею, что она всегда уводит его от наиболее сознательно принимаемых решений и толкает туда, куда он не собирался идти. Воображение почти столь же дурно, как и ложь; на деле это ложь самому себе. Человек начинает воображать нечто с тем, чтобы доставить себе удовольствие и очень скоро он начинает верить тому, что воображает, хотя бы частично.

Далее, или даже до того, обнаруживаются многие очень опасные последствия выражения отрицательных эмоций. Термин "отрицательные эмоции" означает всякого рода эмоции насилия или депрессии: жалость к себе, гнев, подозрительность, страх, досада, скука, недоверие, ревность и т. д. Обычно это выражение отрицательных эмоций принимается как нечто вполне естественное и даже необходимое. Люди часто называют его "искренностью". Конечно, с искренностью оно не имеет ничего общего: это просто признак слабости человека, дурного нрава и неспособности держать при себе свои обиды. Это осознается, когда человек старается противостоять этим эмоциям. И тем самым он получает еще один урок. Он осознает, что недостаточно наблюдать механические проявления, что нужно им сопротивляться, потому что без сопротивления невозможно их наблюдать. Они происходят столь быстро, так привычно и так незаметно, что их нельзя увидеть, если не предпринимать усилий по созданию для них препятствий.

Вслед за выражением отрицательных эмоций человек замечает у себя и у других людей одну любопытную механическую черту. Это разговоры. В самих по себе в ник нет ничего плохого. Но у некоторых людей, особенно у тех, кто замечает ее в последнюю очередь, разговоры становятся настоящим пороком. Эти люди болтают все время, повсюду, работая, путешествуя, даже во сне. Они не перестают говорить с кем-нибудь, пока есть с кем, и даже когда не с кем, они разговаривают сами с собой.

Все это также нужно не только наблюдать, следует и сопротивляться болтовне, насколько возможно. Пока нет ей сопротивления, никакое наблюдение невозможно, а все результаты наблюдений немедленно испаряются в разговорах.

Трудности, возникающие по ходу наблюдения за этими четырьмя проявлениями -- ложью, воображением, выражением отрицательных эмоций и ненужной речью, -- показывают человеку его абсолютную механичность и даже невозможность борьбы против нес без помощи, т. е. без нового знания и действительного содействия. Ибо даже в том случае, если человек получил какой-то материал, он забывает его использовать, забывает наблюдать себя. Иными словами, он снова засыпает, и его нужно все время будить.

• «Только тот, вполне сознает трудности пробуждения, может понять и необходимость долгой и тяжелой работы для того, чтобы пробудиться.»

• «Вообще говоря, что нужно для того, чтобы разбудить спящего? Нужен хороший толчок. Но когда человек спит крепким сном, одного толчка недостаточно, требуется долгий период непрерывных толчков. Следовательно, должен существовать кто-то такой, кто будет производить эти толчки. Я уже говорил, что, если человек хочет пробудиться, ему надо нанять кого-то, кто долгое время будет его расталкивать.»

"Можно пробудиться и при помощи механических средств, например, при помощи будильника. Но вся беда в том, что человек очень быстро привыкает к будильнику и перестает его слышать. Поэтому нужно много будильников, нужно
окружать себя будильниками, которые не дадут спать. Однако и в этом случае есть известные трудности: будильники надо заводить, а чтобы их заводить, надо о них помнить; чтобы помнить о будильниках, человеку придется часто просыпаться. И еще хуже: человек привыкнет ко всем этим будильникам и спустя
некоторое время будет спать с ними еще крепче. …..
Гораздо вероятнее, что он начнет эту работу, но вскоре она перейдет в сон; во сне он увидит, что изобретает будильники, заводит их и меняет: благодаря чему будет спать еще крепче.

"Вот почему для пробуждения необходимо сочетание усилий. Нужно, чтобы кто-то будил человека, а кто-то наблюдал за ним и за тем, кто его будит: нужно иметь будильники и постоянно изобретать новые.

"Но чтобы достичь этого и получить результаты, несколько человек должны работать вместе. Одному человеку здесь ничего не сделать.

• "В характере каждого человека есть черта, которая является центральной.
Она подобна оси, вокруг которой вращается вся его "ложная личность". Личная работа каждого человека должна заключаться в борьбе против его главного недостатка.
Этим объясняется, почему не может быть общих правил работы. почему все системы, которые пытаются выработать общие правила. или ни к чему не ведут, или приносят вред. Да и как могут существовать такие общие правила? Ведь то, что полезно одному, может оказаться вредным для другого.
Один человек слишком разговорчив; он должен научиться хранить молчание. Другой человек молчалив, когда ему нужно говорить; ему надо научиться разговаривать. Так бывает везде и повсюду. Общие правила для работы в группах относятся к каждому члену; личные указания могут быть только индивидуальными. Как правило, человек не может самостоятельно найти свою главную черту, свой главный недостаток. Учитель должен указать ему на нее; показать, как с ней бороться. Никто другой. кроме учителя, не может этого сделать.

"Изучение своего главного недостатка и борьба с ним составляет как бы индивидуальный путь каждого человека; но цель у всех членов группы должна быть одна.
Такой целью является понимание своего ничтожества. Только в том случае. когда человек по-настоящему и искренне пришел к убеждению о своей беспомощности, когда он стал постоянно ее чувствовать, он будет готов для следующих, более трудных стадий работы.

"Борьба против ложного "я", против главной черты, главного недостатка человека, - важнейшая часть работы, и ее следует вести на деле, а не на словах. Учитель дает каждому ученику определенные задачи, для выполнения которых требуется победа над главным недостатком. Когда ученик выполняет их, он борется с самим собой и работает над собой. Если же он избегает задач, не стремится их выполнять, это значит, что он либо не хочет, либо не может работать. 
+2
03:28
640
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...